Лаврентий Берия и «заговор простаков»

Виктор Бумагин
30 июня 2011

Исторические процессы, как правило, идут размеренно и не торопясь, зачастую — по инерции, набранной за многие годы. Но случаются моменты, когда целые страны находятся на перепутье, и от действий весьма немногих людей зависит, куда дальше двинутся многие миллионы.

Лаврентий Берия

Стояли последние дни февраля 1953 года. Умирал Генеральный секретарь ЦК КПСС, вождь и учитель Иосиф Виссарионович Сталин. Он умер не сразу. Руководитель страны то приходил в себя, то вновь проваливался в тяжёлое забытьё.

В какой-то момент вокруг него собрались советские вожди рангом пониже. Как вспоминал Никита Сергеевич Хрущёв, правительственный куратор МГБ и МВД Лаврентий Павлович Берия, пока вождь всех времён и народов был в забытьи, ругал его последними словами. Но стоило Сталину на минуту прийти в себя, как Лавро с готовностью верного пса лицемерно бросился к нему и стал целовать его руки.

А когда Сталин умер, Лаврентий Павлович на какое-то время стал де-факто человеком № 1 на бескрайних просторах СССР. Ситуация эта продлилась три «послесталинских» месяца, но за это время Лаврентий Павлович успел сделать столь много парадоксального, что в наши времена его порой объявляют чуть ли не первым «буревестником» перестройки и рыночных реформ. Уже на траурном митинге 9 марта Берия вещал с трибуны Мавзолея: «Кто не слеп, тот видит, что в эти скорбные дни все народы Советского Союза в братском единении с великим русским народом ещё теснее сплотились вокруг Советского правительства и ЦК партии». Так впервые за всю историю большевистской словесной эквилибристики «правительство» было поставлено перед «ЦК партии».

Перед Анастасом Ивановичем Микояном, старым бакинским товарищем, Берия раскрылся почти полностью. Микоян в своих мемуарах пишет; «Как-то я его спрашивал: «Зачем тебе МВД?» А он отвечал: «Надо восстанавливать законность, нельзя терпеть такое положение в стране. У нас много арестованных. Их надо освободить, и зря людей не посылать в лагеря, МВД надо сократить...» И, действительно, вскоре начались чистка и сокращение аппарата МВД, а заодно и разведывательного управления. «Потеряны связи со многими ценными центрами, резко ослаблен чекистский аппарат в Германии, резидентуры советских разведок в капстранах оголены», — пожалуется на июльском пленуме ЦК новый министр внутренних дел Круглов.

Товарищ Сталин. Только хорошее!

Тофик Шахвердиев
Алексей Поликовский
обозреватель «Новой»
25.06.2011

Россия, котрая всегда с тобой

Предисловие к фильму от Алексея Поликовского

Это фильм о стране. Она является нам в фильме такой, какой была и осталась: страна старой кирпичной кладки, убогого быта, покосившихся бараков, железных дверей, замызганных рабочих роб. Уберите из кадров фильма старые советские лозунги на стенах, и тогда это будет картина любого провинциального городка сегодня в ста километрах от Москвы. Но над всем этим вечным неуютом нашей жизни, над всей этой всегдашней неприкаянностью жилистых татуированных мужиков звучит золотая труба, и мелодия на наших глазах вдруг отрывается от серых стен и печальных заборов и забирается в небо. Это наша жизнь. И на заднем ее фоне, как навязчивое привидение, скользит низкорослый грузин с узеньким лбом и сухой рукой — Сталин.

О нем написаны сотни книг, но я никогда не слышал такого ясного, простого и  грустного изложения, которое дает на камеру заключенный с вытатуированным Сталиным на груди. Мелки и нелепы оказываются наши исторические анализы перед его простым вопросом об Иване Грозном, Петре Первом, Сталине и иных людях власти: "Ну что же они все такие злые?" Этот вопрос пробивает насквозь. Так мог бы спросить ребенок, тот самый, чьими устами глаголет истина, но в России на месте ребенка оказывается взрослый мужчина, отец семейства, за какой-то невеликий проступок брошенный за проволоку. И что ему ответить?

В эпоху сплошной пропаганды и ночных расстрелов в людях почему-то были честность и достоинство. В эпоху террора люди пели действительно прекрасные песни, и у них действительно светились лица. Пустой рукав пиджака у старого фронтовика и его лицо, когда он поет, говорят об этой эпохе больше, чем слова, которые мы произносим в наших оголтелых спорах. Но не нужно спорить, не нужно впадать в экстаз осуждения или в пафос восхваления, лучше просто посмотреть на эту серо-белую хронику, на эти человеческие лица, на этих людей, любящих Сталина, на этих заключенных в черных робах и на этого честного сталиниста, знающего, что во времена вождя он был бы первой жертвой доноса.

Там, где фильм показывает — скромно и честно показывает — он завораживает. Там, где фильм пытается объяснять, он проваливается. Невозможно объяснить огромную эпоху и скопление страстей, героизма, честности, достоинства, подлости и мерзости через плоскую ассоциацию советского народа со стадом баранов. Невозможно понять природу веры, любви и самопожертвования через две-три сцены с гипнотизером и его подопытными. И ассоциации с Гитлером и Мао ничего не объясняют и никуда не ведут. Потому что мы не немцы, которым их прошлое выбили из голов победители. И не китайцы, тысячу лет живущие в конфуцианском чувстве долга.. Мы другие. Мы неподвластны никакой внешней силе, и поэтому у нас свои особые отношения с прошлым, которые мы не можем осудить в пять минут и выбросить на помойку — потому что там, в этом прошлом, ходят по улицам, варят суп на примусах в коммунальных кухнях, стоят в очередях за пайком хлеба и слушают речи вождей из репродукторов наши родные, наши любимые, наши близкие.

Если телевидение за 22 года не нашло одного часа, чтобы показать нам этот тревожащий фильм с таким тонким и точным отбором героев и кадров, фильм, не дающий ответов, но задающий один-единственный неизбежный вопрос, то такое телевидение следует закрыть. Оно не нужно.

Есть фильмы, в которых главное — лица. Они возникают в фильме как бы сами собой, но режиссер должен был их найти, их постичь и остановить на них камеру. И потом, когда забудутся частности, когда фильм истает в памяти под напором ежедневной суеты, лица из фильма вдруг выплывут перед внутренним взглядом в очередной ночной бессоннице. Это лица истовых советских людей времен веющих флагов, гордых парадов и сильной веры. И лицо заключенного эпохи перестройки, играющего в лагерном оркестрике на барабане. Посмотрите на это лицо, посмотрите на эти глаза, на то, как он подмигивает нам из безымянного проулка уже не существующей страны, этот безвестный советский барабанщик в лагерной робе, исполненный жизни и мудрости.

Ссылка: Товарищ Сталин. Только хорошее! - Новая газета

Вышла в свет книга о взаимоотношениях Сталина и религии

28 июня 2011 года

Издана книга старшего научного сотрудника Института российской истории РАН Игоря Курляндского "Сталин, власть, религия (религиозный и церковный факторы во внутренней политике советского государства в 1922-1953 гг.)".

Жанр книги - исторические очерки. В монографии освещен ряд недостаточно изученных аспектов темы государственной политики по отношению к религии в 1922-1953 годах, говорится в предисловии к книге.

В вводной части рассмотрен вопрос о влиянии духовного образования на становление личности Иосифа Сталина и на его деятельность.

В первой главе монографии по новым документам впервые изучено участие И.Сталина в антицерковной кампании 1922-23 годов, объясняются ее причины, особенности проведения и роль в ней Владимира Ленина и Льва Троцкого, обстоятельства создания Антирелигиозной комиссии ЦК РКП - ВКП. Уделяется внимание участию И.Сталина в репрессиях против духовенства и мирян в 1922 году и в "деле" патриарха Тихона.

Во второй главе анализируются причины поворота советской политики к т.н. "религиозному нэпу" весной-летом 1923 года.

Третья глава посвящена малоизученной проблеме свертывания "религиозного нэпа" и перехода к политике гонений и репрессий против разных религиозных организаций (1926-1930 годы).

Серьезное внимание уделено истории подготовки и последствиям принятия постановления ЦК "О мерах по усилению антирелигиозной работы" (1929 год), который оказал существенное влияние на дальнейшую антирелигиозную политику власти.

Используя новые архивные документы, автор остановился в четвертой главе книги на реакции советского руководства на протесты зарубежных кругов по поводу преследования религии и Церкви в СССР в 1930 году.

В пятой главе дается оценка "религиозной" мифологии большевизма и сталинизма, особенности которой передал в своем творчестве писатель Андрей Платонов. В шестой главе освещены некоторые малоизвестные аспекты отношения власти к религии в годы "большого террора" 1937-1938 годов, осмысливаются причины неудачных попыток реализовать в этот период систематическую антирелигиозную пропаганду.

Седьмая глава посвящена некоторым особенностям церковно-государственных отношений в 1939-1941 годах, которые складывались на фоне разоблачения распространяемых в публицистике фальшивок, призванных подтвердить тезис о радикальном изменении И.Сталиным церковной политики в 1939 году.

В восьмой главе со вступительной статьей публикуется полный текст записки министра государственной безопасности Виктора Абакумова об "антисоветской деятельности" священнослужителей в 1948 году.

В заключении работы рассматриваются некоторые проблемы сталинского "нового курса" церковно-государственных отношений 1943-1953 годов, в том числе политика в отношении открытия церквей, положение духовных учебных заведений и состояние приходского духовенства в этот период, делаются выводы о некоторых особенностях "нового курса" и недопустимости его идеализации в историографии.

Ссылка: Вышла в свет книга о взаимоотношениях Сталина и религии - ИНТЕРФАКС

Игорь Мельников. КАТЫНЬ. Палачи и жертвы

Игорь МЕЛЬНИКОВ
26.06.2011

В своих предыдущих материалах я много писал о жертвах НКВД, рассказывал о преступных приказах, которыми отправляли тысячи людей, словно скот, на бойню. Сегодня я хотел бы назвать несколько фамилий тех, кто был непосредственным исполнителем смертных приговоров. Кроме того, картину того страшного времени я дополню воспоминаниями польских граждан, которые в начале 1940-х оказались в минских тюрьмах и сполна изведали ужасы бесчеловечной сталинской системы. 

На одном из минских кладбищ покоится прах Степана Григорьевича Кобы. В конце 1930-х этот человек служил начальником комендатуры внутренней тюрьмы НКВД («американки») в Минске. Именно он был одним из тех, кто лично в 1940-1941 годах приводил в исполнение смертные приговоры узникам минских тюрем. Среди них львиную долю составляли те, чьи фамилии значатся в Белорусском катынском списке.

С марта 1941 года этот человек был комендантом Административно-хозяйственно-финансового отдела НКГБ БССР. В ноябре 1941-го его откомандировали в Особый отдел НКВД Резервного фронта. С декабря 1941-го Степан Коба — комендант Особого отдела НКВД Западного фронта, с мая 1943-го по март 1945-го — комендант АХФУ НКГБ БССР, с марта 1945 года — заместитель начальника АХФУ НКГБ БССР, с октября 1946-го — заместитель начальника Административно-хозяйственного отдела МГБ БССР. С августа 1952-го — заместитель начальника АХО, он же комендант МГБ БССР. Умер 45-летний Коба в собственном кабинете, на два месяца пережив Сталина.

Другими палачами минских тюрем были сотрудники НКВД БССР Владимир Никитин, Иван Ермаков, Иван Кмит, Иван Бочков, А. Острейко. Кстати, последний работал старшим надзирателем «американки». В 1937 году Острейко был назначен дежурным помощником коменданта комендатуры административно-хозяйственного отдела НКВД БССР, а через год вновь возвращен на должность старшего надзирателя тюрьмы. В 1943-м А.Острейко назначили дежурным помощником коменданта комендатуры Наркомата госбезопасности БССР.

В Якутске открыт памятник литовцам – жертвам политических репрессий

24 июня 2011

23 июня в Якутске в ограде костёла по благословению епископа Кирилла Климовича (ординария Римской католической епархии в Иркутске) состоялось открытие памятника литовцам и жителям Литвы – жертвам политических репрессий 1941-1956 гг.

Почтить их память пришли потомки ссыльных, представители национальных общин РС (Я), журналисты и простые горожане. Торжественная и скорбная церемония началась поминальным колокольным звоном.

Затем историк Инна Юрганова напомнила собравшимся о печальных событиях 70-летней давности. Депортация 1941 г. была самой страшной, людям давали всего полчаса на сборы. Более трёхсот тысяч граждан Литвы были отправлены на Север, многие из них погибли от голода и болезней. Для выживших Якутия стала второй родиной. Среди якутян-литовцев немало известных, уважаемых людей - заслуженных геологов, врачей, артистов, внесших свой вклад в развитие республики.

Одной из главных задач литовская община «Гинтарас» с момента своего образования (в 1996 г.) считала увековечение памяти погибших. Проект памятника был готов ещё в 2002 г., но прошло немало времени, прежде чем наступил этот знаменательный день.

«Долгие восемь лет я не могла найти поддержки ни в одной инстанции, – сказала председатель «Гинтарас» Регина Трофименко. – А сегодня, несмотря ни на что, мы открываем этот обелиск – в память о тех, кто выжил, и о тех, чьи могилы остались неизвестными». Регина Антоновна с теплом вспоминала чурапчинских переселенцев, благодаря поддержке которых ссыльные смогли выжить в холодном крае, научились строить юрты, ловить рыбу на Севере. В самой Литве помнят об этом: в Каунасе установлен памятник, выполненный в виде якутской юрты, куда приходят поклониться люди со всей Европы.

Ксёндз прочитал отрывки из Евангелия и провёл обряд освящения памятника. Президент Европейского оргкомитета Гинтаутас Вилейта вручил о.Йозефу дар для католического прихода – картину с религиозным сюжетом работы художника XIX в. Вилейта выразил благодарность Р.Трофименко, ксёндзу и всем, кто принимал участие в деле увековечения памяти репрессированных и сообщил, что на Севере отбывали ссылку и его родственники.

От национальных общин выступили Зоя Аскарова, Людмила Медведева (отец которой был расстрелян в 1937 г. по приговору «тройки»), Хорен Саакян (его родственники отбывали ссылку на Алтае), а также известные якутские журналисты Валентина Прибыткина и Алевтина Птицына, которым литовцы благодарны за цикл телепередач о репрессированных из Прибалтики, помощь в создании книги «Литовцы у Ледовитого океана». Памяти погибших в ссылке была посвящена музыкальная композиция, которую исполнила на хомусе Валентина Гаушене.

После открытия памятника в костёле состоялась месса.

Ссылка: В Якутске открыт памятник литовцам – жертвам политических репрессий - ИА SakhaNews

Сталин как дешевка. Победные цифры

Дмитрий Орешкин
24 июня 2011 г.


Не об истории пишем, а об устройстве голов. Типовая советская голова так замечательно спроектирована, что не умеет видеть действительность, если та противоречит постулатам. Ничего удивительного: партия прямо ставила задачу «воспитания нового человека». То есть человека с новым устройством головы. На остальные части тела, слава богу, не покушались.

Надо отдать должное — они многого достигли. Научили не видеть то, что есть, и видеть то, чего нет. Например, обострение классовой борьбы по мере построения социализма. Коммунисты с условными фамилиями Зиновьев, Каменев, Радек, Троцкий или, скажем, Рыков сначала вступают в непримиримый классовый конфликт с коммунистами (условно) Дзержинским, Менжинским, Ягодой и Ежовым. А потом уже сами победители падают жертвой классового антагонизма с коммунистом Берией. Потом Берия классово конфликтует с Хрущевым и Маленковым. А потом они между собой… Самое интересное — граждане верят. Анализируют признаки работы на иностранную разведку, рассматривают фальсификат с лица, с изнанки, на просвет — и убеждаются в его бесспорной истинности. Не может же, чтобы созидатели самого прогрессивного и справедливого общества, выходцы из народной гущи, примитивно грызлись за власть, как бульдоги под ковром?! Значит, точно борьба классов. Ну да, автор сталинской Конституции Бухарин — лютый классовый враг. Вдвойне опасный, ибо под личиной главного редактора «Известий»… Что тут непонятного? Расстрелять, как бешеную собаку.

Уникальный по масштабу эксперимент с отключением головного мозга Homo sapiens и заменой его жеваной газетой «Правда».

В частности, на уровне аксиомы принято считать, что при Сталине приписок не было. Мол, так строго, что все отчитывались по правде. А если вынуть из головы бумажный шар и пораскинуть оставшимися мозгами? Когда перед хозяйственником стоит простой выбор — подать честную сводку и стопроцентно сесть за срыв плановых заданий или подать фальшак, а там, глядишь, пронесет или вышестоящие товарищи по несчастью прикроют, то выбор вовсе не так очевиден. Это если исходить из логики. Но советский человек не приучен исходить из логики. Он приучен исходить из аксиомы. Даже если эмпирические данные ей прямо противоречат.

Репрессии не забыты В отличие от властей граждане поддерживают программу по увековечиванию памяти жертв тоталитарного режима и готовы даже лично поучаствовать в этом Проект по десталинизации был обнародован в марте 2011 г. советом при президенте по развитию гражданского общества и правам человека. Читать целиком