вторник, 27 декабря 2011 г.

Последний декабрь Осипа Мандельштама

Александр Ситников
27 декабря 2011 года

Предназначение поэта оказалось выше инстинкта самосохранения

27 декабря 1938 года во время санобработки умер заключенный одиннадцатого барака пересыльного лагеря 3/10 Управления северо-восточных исправительно-трудовых лагерей Мандельштам Осип Эмильевич. Похоронили его без гроба в общей канаве, на глубине чуть больше полуметра. Обстоятельства его смерти и последних дней жизни известны скудно. По рассказам очевидцев, поэт, не найдя в себе силы преодолеть кошмарные условия, и панически боясь смерти, медленно сходил с ума.

Последнее письмо, адресованное брату Александру, было написано ориентировочно 3-4 ноября, в так называемый «день писем», установленный в честь 21-й годовщины Великого Октября. Всем заключенным без права переписи выдали по половинке тетрадного листа и разрешили написать о себе весточку родным. «…Здоровье очень слабое, истощен до крайности, исхудал, неузнаваем почти, но посылать вещи, продукты и деньги не знаю, есть ли смысл. Попробуйте все-таки. Очень мерзну без вещей», - писал Осип Эмильевич. В этом лагере Мандельштам прожил всего 77 дней. В качестве причины его смерти был указан паралич сердца.

пятница, 16 декабря 2011 г.

Рождение приказа №00447

16 декабря 2011

Мы публикуем фрагмент вступительной статьи к сборнику документов "Через трупы врагов на благо народа..." Кулацкая операция в Украинской ССР 1937-1941 гг", вышедшеву в серии "История сталинизма" в издательстве РОССПЭН. Серия подобных публикаций на "Полiт.ua" будет продолжена - в ближайшее время Вас ждет много интересных материалов как из "Истории сталинизма", так и из архивов общества "Мемориал"...

Для сотен тысяч советских граждан начало роковых событий, вошедших в историю как Большой террор, датируется 3 июля 1937 г. В этот день секретарь ЦК ВКП(б) И. В. Сталин телеграфировал народному комиссару внутренних дел СССР Н. И. Ежову и региональным руководителям партийных организаций о принятом днем ранее постановлении Политбюро «Об антисоветских элементах». В постановлении указывались контингенты репрессий — бывшие кулаки и уголовники — и применяемые в отношении их репрессивные меры. Для осуждения виновных предусматривалось создание внесудебных органов — троек. Их кровавый след ретроспективно прослеживается еще со времен Гражданской войны.

Они свое уже получили

Екатерина ВОРОБЬЕВА
16.12.2011

Теперь выжившим жертвам политических репрессий (их было больше 50 млн) полагаются копеечные пенсии

Исполнилось 20 лет со дня принятия Верховным Советом Российской Федерации закона «О реабилитации жертв политических репрессий». Для того чтобы создать механизм реализации этого закона, Президиумом Верховного Совета 16 декабря 1991 года было издано Постановление, которое рекомендовало органам власти разных уровней создать комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий. Аналогичная комиссия федерального уровня при Президенте РФ была образована в 1992 году.

Основная задача таких комиссий — мониторинг исполнения закона «О реабилитации жертв политических репрессий».

В 2011 году федеральная комиссия направила Президенту России и обеим палатам парламента рекомендации по изменению законодательства, касающегося прав жертв политических репрессий.


Авторы рекомендаций, в частности, предлагают:

— включить в число тех, кто имеет льготы по данному закону, тех, кто подвергся репрессиям в бывших советских республиках, но из-за отсутствия соответствующего законодательства в ряде новых государств, возникших на их территориях, не был реабилитирован и не имеет социальных льгот;

— отменить положение о трехлетнем сроке подачи заявления в комиссию на выплату компенсации за незаконно конфискованное имущество — на практике часто происходило так, что люди, которые были репрессированы, не смогли воспользоваться своим правом из-за того, что в силу разных причин не успели подать заявление в трехлетний срок;

— установить право реабилитированных и пострадавших от политических репрессий на получение одновременно двух пенсий: по инвалидности и трудовой пенсии по старости, как это уже было сделано ранее в отношении жителей блокадного Ленинграда.

В.О. Дунаева, возглавляющая региональную общественную организацию жертв репрессий «Московский Мемориал», говорит, что эти предложения — не новость. Вопросы о внесении соответствующих изменений в законодательство ставились объединением репрессированных уже давно, но безуспешно. Даже в Думе прошлых созывов, где еще присутствовали СПС и «Яблоко», так и не удалось внести существенные изменения в Закон о жертвах репрессий, а строки целевых расходов бюджета в этой области из года в год сокращались. Приведенные выше предложения попали в президентскую комиссию тоже с подачи «Мемориала», точнее — от А.Б. Рогинского, возглавляющего Международный «Мемориал» и одновременно являющегося членом этой комиссии.

Депутат Государственной думы ФС РФ трех созывов и один из авторов закона «О реабилитации…» Ю.А. Рыбаков оценивает эти предложения как правильные, но… бесперспективные. Он считает, что нынешние депутаты заниматься этим не будут:

«Те поправки и дополнения, о которых идет речь, должны утверждаться Государственной думой, но правящая политическая партия, которая снова получила господство в нашем парламенте, вряд ли займется восстановлением справедливости по отношению к тем, перед кем мы в неоплатном долгу».

За долгие годы члены общественных организаций и потомки расстрелянных так и не смогли договориться с государством об установке, например, памятника жертвам террора в Коммунарке. В Москве вообще нет памятника жертвам репрессий. Нет и мемориального комплекса, о необходимости создания которого историки и представители общественности говорят уже больше 20 лет.

Юлий Андреевич Рыбаков, который занимался и защитой прав репрессированных, и восстановлением исторической правды о политических репрессиях в нашей стране, знает о них изнутри. Сын узника ГУЛАГа, он родился в лагерной больнице, а позже не смог начать военную карьеру из-за того, что имел «неподходящие» анкетные данные. Позже, уже в «вегетарианский» период советской истории — сам стал политическим заключенным. Я обратилась к нему за комментарием о работе Комиссии по реабилитации жертв политических репрессий. То, что написал Ю.А. Рыбаков, выходит за рамки этой узкой темы и обращает нас к сути и истокам тех проблем, которые пришли к нам из прошлого и которые так и не решены в настоящем:

«…В Государственной думе я нашел отчет МВД о количестве жертв политических репрессий за годы советской власти, подготовленный для Верховного Совета по запросу Комитета по правам человека. В нем было подробно расписано число жертв по областям, районам и городам. В конце, кажется, на 60-й странице, стояла страшная итоговая цифра: 50 миллионов 100 с лишним тысяч человек. Не поверив своим глазам, я показал отчет другим людям, но и они увидели ту же восьмизначную цифру.

В это число вошли не только расстрелянные и осужденные на заключение, но также и все сосланные, раскулаченные, лишенные имущества и прав по социальным, классовым и религиозным признакам.

Красная чума прошедшего века лишила тогда наше общество значительной части деятельных, сохранивших свое достоинство, способных к труду людей. Последствия российского Холокоста ощутимы до сих пор. Они — в той рабской покорности, с которой и сегодня общество подчиняется третирующей его власти.

А что же те, кто выжил в годы репрессий?

Верховный Совет принял основы законодательства о льготах и материальных компенсациях для жертв политических репрессий и поручил правительству регламентировать порядок применения этого закона. Оно не спешило, и соответствующее Постановление появилось лишь спустя три года. Жалкие льготы, унизительные бюрократические процедуры, перекладывание финансового обеспечения на региональные бюджеты — все это обернулось издевательской пародией на то, что действительно заслужили оставшиеся в живых. Но если тогда, в «тощие» 90-е годы, мизерная помощь пострадавшим хоть как-то объяснялась нехваткой финансов, то теперь, когда наше правительство разбрасывается миллиардами на олимпийские стройки и президентские дворцы, равнодушие власти к тем пострадавшим, чье число сокращается с каждым днем, недопустимо и позорно. Они уходят из жизни с незажившими душевными ранами и обидами на забывшее их общество.

Еще не поздно помочь оставшимся. Об этом и пишет Комиссия по восстановлению прав реабилитированных президенту РФ Дмитрию Медведеву. Но не думаю, что этот глас будет услышан, даже если президент скажет несколько приличествующих ситуации слов».

Ссылка: Они свое уже получили - Новая Газета

четверг, 15 декабря 2011 г.

От "Забайкальского подворья" до УВД Приморья

Сергей Корнилов
15.12.2011

Это здание по улице Алеутской, 44 известно всем владивостокцам. Сегодня в нем расположено Управление внутренних дел МВД по Приморскому краю.

Здание занимает целый квартал между улицами Фонтанной и Пологой (бывшими Дзержинского и Менжинского). "Большой ремонт" Владивостока не миновал и это место: дом заново штукатурят, выкладывается тротуарная плитка, фасад ободрали от зеленого "туалетного" кафеля. Дому возвращается более или менее естественный облик, не раз менявшийся на его веку.

"На его веку" - не образное выражение, недавно зданию по Алеутской, 44, действительно исполнилось 100 лет.

Но не всегда это здание занимали органы правопорядка. Строго говоря,  первоначально это был не один дом, а, по меньшей мере, два, построенных в начале ХХ века, и позже соединенных третьим в единый комплекс. Так, левое его крыло с массивным парадным входом, где сейчас проходная УВД, построено в 1909 году. Здесь располагалась гостиница "Дальний Восток", принадлежавшая местным предпринимателям Хаиму и Давиду Циммерманам. А вот правый корпус - тоже был гостиницей, только рангом пониже. Называлось оно - "Забайкальское подворье". Владелец Александр Федорович Закатов держал в нем номера для приезжающих.

Позже здание гостиницы братьев Циммерманов перешло в собственность братьям Хлудневым. Братья-славяне изрядно переделали гостиницу, превратив ее, говоря современным языком, в пятизвездочную и дали другое название - "Ницца". Говорят, здесь все поражало роскошью и комфортом. Таким образом, Хлудневы постарались переплюнуть самый изысканный, по тем временам, во Владивостоке "Гранд-отель", находившийся рядом с железнодорожным вокзалом. В годы гражданской войны (1918-1922) в отеле "Ницца" проживали преимущественно командный состав белой армии и иностранные офицеры экспедиционных войск.  Ресторан на первом этаже отеля "Ницца" славился своей кухней.

При советской власти гостиница просуществовала недолго. Где-то в середине 1920-х на здание положило глаз могущественное ОГПУ, и решением бюро Приморского губкома ВКП(б) оба здания были переданы органам госбезопасности. Здесь в кабинетах следственной части стали проводится допросы сначала бывших белых офицеров, жандармов, граждан из лояльных к старому режиму, а затем на протяжении многих лет и всех остальных, кого советская власть считала своими политическими врагами.

В 1936 году здания в ходе реконструкции обрели общую крышу и превратились действительно в единый комплекс, называемый в народе не иначе, как "Дом НКВД". За это время к чекистам подселили Управление Рабоче-Крестьянской милиции и особый отдел НКВД на железнодорожном транспорте. Два этих учреждения имели отдельный вход со стороны ул. Дзержинского (Фонтанной). На первом этаже, по видимому, в залах бывшего ресторана, "бойцы невидимого фронта" оборудовали столовую, буфет, красный уголок, отдел по вопросам экономической госбезопасности (ЭКО) на крупных предприятиях - Дальзаводе, ДВМП, Дальрыбе и т.п. Во второй этаж "внедрились" контрразведка (КРО), отдел по борьбе со шпионажем, диверсиями, террором, отдел по агентурной работе за рубежом. Третий этаж занимали Особый отдел Тихоокеанского флота, отдел по борьбе с политическим бандитизмом, регистрационно-информационная служба, а также картотека спецучета арестованных.

На последнем, четвертом, этаже находился Оперативный отдел (Оперод) по задержанию подозрительных лиц, Секретно-политический отдел (СПО) по борьбе с кулаками, церковниками, и прочим "чуждым элементом", а также отделение КРО по работе с иностранцами, оно же отвечало за агентурную работу в Маньчжурии (Маньчжоу-Го).

Самое страшное место в здании, да, пожалуй и во всем Приморье - в правом крыле на четвертом этаже располагалась внутренняя тюрьма УНКВД. Именно здесь, в двух десятках камер содержались те, кого новая власть считала особо опасными. В период массовых репрессий, в каждую из этих камер, рассчитанных на 5-7 человек, умудрялись втискивать до 50-ти. Часто здесь проводились дознания "с пристрастием". Тот, кто попадал в эту тюрьму, чаще всего выходил на свободу "ногами вперед".

Предположительно, в те же годы часть окон на торце здания были искусно заделаны так, что добропорядочный горожанин, проходящий мимо, даже не подозревал о происходящем внутри. Приговоры всевозможных "троек", "особых совещаний", "военных трибуналов" приводились тут же во внутреннем дворе в специально оборудованном для этих целей боксе.

Отсюда тела расстрелянных тайно вывозились для захоронения в район 14 километра или в район Шаморы, на так называемые "спецобъекты" - места тайных захоронений.

В 1939 году Управление НКВД почти со всеми отделами переехало в здание бывшего Коммерческого училища на Суханова, 8, ныне административный корпус ДВФУ. До середины 70-х на Алеутской оставался только Особый отдел ТОФ. С 1939 года по настоящий момент здание занимает УВД Приморского края. Последний раз здание перестраивали в 1943 году, когда известный владивостокский архитектор Александр Порецков придал фасадам здания по Алеутскй,44 тот вид, который мы наблюдаем и сегодня.

Ссылка: От "Забайкальского подворья" до УВД Приморья - ИА "Приморье24"

среда, 14 декабря 2011 г.

К стенке ставили за национальность

Алла РЕПИНА
14 декабря 2011

Так были расстреляны в Ленинграде в октябре — ноябре 1938 года более 5000 человек. Их имена — в 11-м томе Книги памяти «Ленинградский мартиролог», только что представленной общественности

— Очень тяжело этот том дался. Более пяти тысяч человек были расстреляны практически за месяц с небольшим, — рассказывает Анатолий Разумов, руководитель проекта.
Анатолий Яковлевич возглавляет центр «Возвращенные имена» при Российской национальной библиотеке. Этот центр аккумулирует сведения и издает многотомную Книгу Памяти: списки расстрелянных в Ленинграде и Ленинградской области, в состав которой входили до войны Новгородская, Псковская, Мурманская и часть Вологодской областей. Центр собирает документы семейных архивов, воспоминания, фотографии. Трагических страниц — минимум на 17 томов.

— Вышедший том — 11-й по счету из подготовленных и изданных за 20 лет работы, — говорит Сергей Чернов, представитель архива УФСБ по Петербургу и Ленобласти.

Сергей Владимирович, как и Анатолий Яковлевич, стоял у истоков создания Книги памяти.

Постоянным читателям «ВП» можно и не напоминать: первые списки расстрелянных начали публиковаться в январе 1990 года в газете «Вечерний Ленинград», в ту пору печатном органе Ленгорисполкома. Публикация продолжалась до тех пор, пока не был налажен выход списков отдельными книгами. В 11-м томе — не только список погибших, но и более 80 воспоминаний и очерков о них.
Виктор Карлович Булла с сыном Юрием, 1919 года рождения. Юрий Викторович Булла помянут в 17-м томе Книги Памяти ленинградцев, павших на фронтах Великой Отечественной войны. Погиб в декабре 1941 года на Ленинградском фронте. Фото: Фото предоставлено центром «Возвращенные имена»


В 1937 — 1938 годах НКВД сверхскоростными методами проводил, согласно планам партии и правительства, сразу две карательные операции: одну — против «бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов», вторую — по «национальным линиям». Заранее были составлены так называемые альбомы шпионов, диверсантов, вредителей и террористов по линиям: «Поляки», «Латыши», «Немцы», «Финны», «Эстонцы», «Иранцы», «Харбинцы», «Англичане» и даже «Сборные» списки. Осенью 1938 года как раз и проходил завершающий этап карательной операции по национальным спискам. Попадали в них, конечно, и русские, украинцы, белорусы — представители любых национальностей.

— Это были люди, не вовлеченные в большую политическую орбиту, далекие от борьбы партийных сил, — рассказывает Разумов. — Около 1500 рабочих, около 1400 крестьян, около 300 железнодорожников. Политэмигранты, перебежчики в СССР, те, кто поддерживал отношения с родственниками за рубежом, и, наконец, те, кто просто вызывал подозрение своим происхождением.

Известные имена также исчезали из Северной столицы. Так, по «немецким» спискам не стало Клодтов, за «шпионаж» был приговорен представитель династии фотографов Виктор Карлович Булла — беспартийный кинооператор президиума Ленсовета, а на момент ареста — фотограф Дома санитарного просвещения.

— При изучении Большого террора в Ленинграде, в особенности при работе над 11-м томом нашей Книги памяти, — говорит Разумов, — выяснилось, что обреченных переводили в отделение тюрьмы госбезопасности на Нижегородской, ныне улице Академика Лебедева. Очевидно, там и происходили массовые расстрелы, которые завершились 6 ноября, к очередной годовщине Великого Октября. А 12 ноября начальник УНКВД ЛО Михаил Литвин покончил жизнь самоубийством. Карательная кампания в СССР завершалась, предстояла замена и уничтожение части аппарата НКВД.

Первоначальный план на расстрелы для Ленинградской области составлял 4 тысячи человек. Но в итоге в 1937 году в Ленинграде были расстреляны более 19 тысяч человек, а в 1938 году — более 20 тысяч человек. Местом погребения убитых считается тайное Левашовское кладбище, официально признанное мемориальным в 1989 году.

Русская православная церковь поддерживает идею возведения часовни-храма на кладбище, как это и предусматривалось когда-то проектом мемориала.

— Мы не возводим храм за счет какого-либо богатого жертвователя, — говорит настоятель Князь-Владимирского собора Владимир Сорокин, составитель «Санкт-Петербургского мартиролога» репрессированных священников и церковных активистов всех конфессий. — Мы по копеечке собираем средства на храм. Будем строить на народные деньги.

Кружка для пожертвований на левашовский храм Всех Святых, в земле Санкт-Петербургской просиявших, находится в Князь-Владимирском соборе на Петроградской стороне. Адрес: ст. м. «Спортивная», ул. Блохина, д. 26.

Ссылка: К стенке ставили за национальность - Вечерний Петербург

Культурная инерция и культурная деградация

Гапеенкова М.Ю., к.ф.н., зам. директора ООО "Социо-Пеленг"
Гапеенков Ю.С., директор ООО "Социо-Пеленг"
14.12.2012


В данной статье термин "культура" используется в одном из его первоначальных значений - как "возделывание", "обработка". Предполагается, что чем длительнее процесс возделывания, обработки или обучения, тем совершеннее качества (у растения или животного) или навыки (у человека), приобретаемые в ходе этого процесса; что совершенствование навыков единичного человека, группы людей, общественного слоя способствует улучшению взаимодействия людей в разных сферах жизни.

Если мы элиминируем такие понятия как "советский человек", "россиянин", то сможем представить себе жизнь людей в России как единый процесс, эпизодами которого являются и история до 1917 года, и коммунистический период, и сегодняшний либеральный этап.

Представив себе течение исторического времени таким образом, мы увидим, что с XIX века и по сей день на жизнь людей оказывает влияние определенный комплекс идей, который в свое время получил название "нигилизм". Наиболее последовательные его выражения, начиная со второй половины XX века, вспоминались редко.

Заглянем в "Катехизис революционера" С. Нечаева, который даже и при коммунистах в особенном почете не был.

С. Нечаев о себе с товарищами:
"Революционер - в глубине своего существа, не на словах только, а на деле, разорвал всякую связь с гражданским порядком и со всем образованным миром, и со всеми законами, приличиями, общепринятыми условиями, нравственностью этого мира. Он для него - враг беспощадный, и если он продолжает жить в нем, то для того только, чтоб его вернее разрушить".

С. Нечаев о людях - не обо всех, но и это показательно:
"К третьей категории принадлежит множество высокопоставленных скотов или личностей, не отличающихся ни особенным умом и энергиею, но пользующихся по положению богатством, связями, влиянием и силою. Надо их эксплуатировать всевозможными манерами и путями; опутать их, сбить их с толку, и, овладев, по возможности, их грязными тайнами, сделать их своими рабами. Их власть, влияние, связи, богатство и сила сделаются, таким образом, неистощимой сокровищницею и сильною помощью для разных революционных предприятий".

С. Нечаев о народе:
"У товарищества (то есть, тайной организации) нет другой цели, кроме полнейшего освобождения и счастья народа, то есть чернорабочего люда. Но, убежденные в том, что это освобождение и достижение этого счастья возможно только путем всесокрушающей народной революции, товарищество всеми силами и средствами будет способствовать к развитию и разобщению тех бед и тех зол, которые должны вывести, наконец, народ из терпения и побудить его к поголовному восстанию" .
Это 70-е годы XIX века.

А вот уже голос из 30-х годов XX века:
"Товарищ Сталин говорит: "Гибель одного человека - трагедия. Гибель миллионов - статистика"...

Агрогород, оставшийся мечтой

Ирина Манойленко
14.12.2011

80 лет назад на карте ЕАО появился поселок Соцгородок

В истории коллективизации сельского хозяйства области известен  единственный факт, когда благодаря колхозу на карте появился новый населенный пункт. Обычно было наоборот: крестьяне, живущие в селах, объединялись и организовывали общее хозяйство - кто добровольно, а кто по принуждению. С коммуной, а потом колхозом "ИКОР" было все наоборот. Датой его образования считается 1928 год. А спустя три года, в 1931-м, в трех километрах от Волочаевки-2 появился новый поселок, где коммунары собирались построить новую, счастливую социалистическую жизнь. Его так и назвали - Соцгородок.

Но счастливой жизни у коммунаров-строителей Соцгородка не получилось.

вторник, 13 декабря 2011 г.

В ГУЛАГе пенсия не считается

Наталья Козлова,
Альбина Макарова, Нижний Новгород
13.12.2011


Закон не отвечает на вопрос, надо ли платить оправданному за работу в тюрьме

Нижегородский 84-летний участник Великой Отечественной войны Аркадий Малышев в поисках правды наткнулся на пробел в российском законодательстве.

Бывший узник Печорлага надеется получить деньги, заработанные за время тюремного заключения.

- Хочу получить зарплату за шесть с половиной лет работы в шахте, - пояснил Аркадий Дмитриевич. - Дело даже не столько в деньгах, дело в справедливости. Ведь государство использовало наш бесплатный труд, а потом нам сказали - вы не виноваты, реабилитированы, можете радоваться. При этом все забывают о том, что тысячи незаконно осужденных не просто сидели годы в лагерях, а работали, не получая за это ни копейки.

Аркадия Малышева из маленького городка Красные Баки, что на севере Нижегородской области, призвали в армию во время войны.

- Ночью у нас в части загорелся сарай, по тревоге я как старшина поднял свою команду, и мы все вместе тушили пожар, - рассказывает ветеран.

На следующий день стали искать виноватого, и Аркадия Малышева как "диверсанта" арестовали. Якобы дневальный видел, как Малышев и еще один солдат куда-то выходили ночью перед пожаром. Следствие и суд были быстрыми. Хотели вначале дать высшую меру наказания - расстрел, но, учитывая честную службу, заменили на 25 лет.

Аркадия Малышева отправили в Инту. Там на угольной шахте N 10 он проработал шесть с половиной лет.

- Отпустили меня уже после смерти Сталина,только в 1957 году, - рассказывает Малышев. - Наш лагерь ликовал, больше половины заключенных получили снятие судимости. Понимаете, я не один такой, в России много тех, кто сидел тогда по лагерям и зонам и получил реабилитацию.

Таких граждан, как бывший узник, даже за давностью лет еще немало. Да и сегодня тоже оправдывают заключенных вчистую. Попробуем разобраться.
компетентно

Венера Бондаренко, адвокат Московской коллегии адвокатов "Адвокатское партнерство":

- Из всей этой истории возникает вопрос: имеет ли реабилитированный право на включение периода работы в специальный трудовой стаж, дающий право на пенсию в связи с особыми условиями труда?

Сначала попробуем определиться, что такое реабилитация. По законодательству - это признание государством, что привлечение к уголовной ответственности было неосновательным и гражданин ни в чем не виноват. В связи с чем у осужденного возникает право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. При этом вред должен быть возмещен в полном объеме.

Из чего следует, что после реабилитации в отношении гражданина должны применяться все нормы закона для восстановления справедливости. Казалось бы, все элементарно. Государство должно признать, что человек, работая в тяжелых условиях, имеет право как на досрочное назначение пенсии, так и на ежемесячную доплату к пенсии, в соответствии с ФЗ N 84 "О дополнительном социальном обеспечении отдельных категорий работников организаций угольной промышленности", вступившим в силу с 1 января 2011 года.

Однако не все так просто. Из-за формального подхода сотрудников Пенсионного фонда пенсионер вынужден доказывать, что работу в тяжелых условиях надо включить в специальный трудовой стаж, дающий право на пенсию в связи с особыми условиями труда. Для того чтобы понять, почему ему отказывают, необходимо вспомнить трудовое законодательство того времени, которое претерпело кардинальные изменения, а именно период с 1970 года по 1992 год.

Это время характеризуется изменением отношения государства к оценке труда осужденных. Так, в статье 38 Исправительно-трудового кодекса РСФСР, утвержденного Верховным Советом РСФСР 18.12.1970 года, не предусматривалось включение срока в общий трудовой стаж. Но Уголовно-исполнительный кодекс РФ не только кардинально изменил это положение, но и существенно его уточнил.

Именно с 1992 года на администрацию зоны возлагалась обязанность по учету отработанного времени осужденного по итогам календарного года, и только с этой даты осужденные стали подлежать пенсионному страхованию с уплатой страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда, а колонии стали вести учет работы.

Так означает ли это, что если зэк работал за решеткой, до 01.09.1992 года, то засчитать время не представляется возможным? При формальном подходе можно прийти к выводу, что это обоснованно, однако давайте порассуждаем. По Закону от 17 декабря 2001 года "О трудовых пенсиях в РФ" они выплачиваются при условии наличия не менее 5 лет страхового стажа. По тому же закону в страховой стаж включаются периоды работы, которая выполнялась на территории России, при условии, что за эти периоды уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд. И там же говорится, что подсчет страхового стажа подтверждается документами, выдаваемыми государственными (муниципальными) органами.

Этот порядок утвержден постановлением правительства от 24 июля 2002 года. Там сказано, что основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка. Документом работы осужденного является тоже трудовая книжка, а при ее отсутствии - справка, выдаваемая администрацией исправительного учреждения.

Важно подчеркнуть - законодательство, регламентирующее уплату страховки в Пенсионный фонд, не содержит каких-либо изъятий в отношении заключенных. Это значит, что на них распространяется общий порядок уплаты страховых взносов. Сейчас Пенсионный фонд отказывает отбывшим наказание до 01.09.1992 года во включении в общий трудовой стаж период отбывания заключения. И получается, что государство два раза наказывает человека. Думаю, это неправильно и несправедливо.

Справка "РГ"

Из определения Конституционного суда РФ от 3 октября 2006 года N 471-О: "В сфере пенсионного обеспечения соблюдение принципа равенства граждан, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении их прав и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие различия в пенсионных правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания".

Ссылка: В ГУЛАГе пенсия не считается - Российская газета

пятница, 25 ноября 2011 г.

Хабаровский депутат сравнил эпоху сталинизма с "плясками на гробах"

25 ноября 2011

Михаил Сорокин рассказал о сталинской мутации марксизма
Владивосток, 25 ноября, PrimaMedia. Депутат Законодательной думы Хабаровского края от партии "Справедливая Россия" Михаил Сорокин рассказал о сталинской мутации марксизма, сообщили РИА PrimaMedia в партии СР.

"5 марта 1953 года умер Сталин. Я родился после войны и помню этот день. Все взрослые плакали навзрыд и мы, еще совсем маленькие ничего не понимали, но тоже плакали. Это навсегда врезалось в детской памяти, мы все как бы осиротели: нет ни Ленина, ни Сталина. В то же время, у меня отец был репрессирован в годы войны, а моих два деда умерли от голода в Трудармии в конце войны, я их не видел.

Мы жили в сибирской глубинке, где было много поволжских немцев, молдаван,  украинцев с Западной Украины, сосланных Сталиным в Сибирь в начале войны. Много лет с тех пор прошло. Я защищал дальневосточные рубежи от китайских милитаристов. Став историком, преподавал в военном ВУЗе, работал над диссертацией в  военных архивах и смог разобраться насколько возможно в эпохе сталинизма.

Пропасть истории одинаково глубока для всех. Большое видится на расстоянии. И сегодня мы уже  видим, что сталинизм не существовал как свод методологических принципов, как особое мировоззрение, выходящее за пределы марксизма-ленинизма. Да он никогда и не претендовал на особый философский статус, хотя при жизни Сталина этот статус трактовался его политическими недругами как “отступничество”, “непоследовательность”, “вульгаризация” или “софистика”.

Сам же Сталин отводил себе скромную роль последователя марксизма-ленинизма и временами обращался к философскому наследию своих учителей всего лишь как его систематик и интерпретатор. Тем не менее, коммунисты активно используют символику с Сталиным для привлечения пожилых избирателей на свою сторону.

Именно поэтому мне неприятно было узнать, что региональный лидер молодых социалистов Дмитрий Ковальчук заявил, что поддерживает коммунистов, и даже выступил с обращением, которое является как бы ответом на обращение "Мемориала" в прокуратуру на агитационные плакаты с изображением Сталина.

Каковы же причины появления сталинизма? Можно ли приписывать их лишь зловещей фигуре Сталина?

Мне думается, что нет. Истоки сталинизма, на мой взгляд, кроются не столько в личности самого вождя, его прошлом, сколько в той идеологии, на которой был построен сталинизм. Сталин мало что сам придумал. Его идеология, его общественный строй был сформирован на основе ленинизма, то есть теории о всеобщем равенстве и братстве. Но Иосиф Виссарионович прочел ленинизм по-своему. Таким образом, сталинизм являет собой уродливую, мутировавшую форму учения Маркса в российских условиях.

Чем больше мы узнаем о Сталине, тем больше убеждаемся, что ему суждено стать в истории одним из страшных олицетворений Зла. Он совершил, как я убежден, преступление, поставив знак равенства между великой идеей и собственной властью. С именем этого человека связана одна из самых чудовищных форм отчуждения личности от власти, свободы и мысли.

Сталин исподволь, но целеустремленно вел дело к тому, чтобы в общественном сознании его имя автоматически олицетворяло социализм. Это был человек с сильным и злым умом, обладавший твердой волей. Он часто колебался, бывал нерешителен, однако умел искусно скрывать свои сомнения при выборе решения. Резюмируя длинный ряд черт человека, которого Троцкий еще раньше назвал не "личностью, а символом бюрократии", Лев Давидович писал: "Это достаточно законченный образ, в котором энергия, воля и решимость сочетается с эмпиризмом, близорукостью, личной грубостью, нелояльностью и готовностью злоупотреблять властью для подавления партии".

Думаю, что именно первые большевики заложили фундамент для страшной пирамиды сталинизма, на вершине которой восседал вождь. Радикальные взгляды русских революционеров привели к тому, что во имя торжества великой идеи считалось допустимым и оправданным приносить в жертву все: историю, культуру, множество жизней людей. Без альтернативности развития страны после Октября 1917 года, при которой все пути и методы строительства нового мира стали определяться одним-единственным человеком, также повлияла на сформировавшийся впоследствии режим Сталина.

Таким образом, сталинизм сформировался во многом благодаря предшествующим ему событиям в стране, благодаря крайним взглядам большевиков, принимающих насилие как универсальный метод решения любых проблем во всех сферах, во все времена и в самых различных формах.

Адольф Гитлер, конечно же, диктатор, заботился о расширении жизненного пространства для народа, которым правил, за свое правление улучшил в разы благостояние своего народа и уничтожал своих врагов, в том числе и врагов своей страны, евреев и цыган.

Иосиф Сталин - такой же диктатор, хотел завоевать весь мир, с помощью так называемой "всемирной революции" принесённой в другие страны на штыках Красной Армии. Для этого провел в своей стране коллективизацию сельского хозяйства и сделал из свободных крестьян - рабов-колхозников, без паспортов, чтобы не разбегались из столь любимых колхозов, занялся индустриализацией, чтобы понаделать как можно больше танков и самолётов. Народ в стране жил нищенским образом. Сталин, как и Гитлер, уничтожал своих политических врагов, а за одно и свой народ в Гулаге и Трудармии. Никто толком и по сей день не может назвать точное число безвинно уничтоженных. Один только голодомор чего стоил.

Мне кажется, что только глубже изучая режим Сталина, мы сумеем понять те условия, при которых он сложился и успешно развивался.

Ведь именно в годы прихода Сталина к власти в стране сложилась централизованная система, где партия стала "рыцарским орденом", а народовластие - обманом.


Сталин, являясь идеальным образцом лидера такой тоталитарной системы, подошел к ней, как ключ к замку. Наверное, наша страна обязана учитывать горький опыт предшествующих поколений, и главная задача - не допустить возникновения условий, подобных тем, что сложились в послереволюционной России. Потому что при таких условиях государство всегда найдет своего Сталина".

Справка. Михаил Сорокин, депутат Законодательной думы Хабаровского края от партии "Справедливая Россия", полковник в отставке, историк, ветеран Вооруженных Сил СССР, председатель Совета АНОО ДПО "Дальневосточный институт профессионального развития".

Ссылка: Хабаровский депутат сравнил эпоху сталинизма с "плясками на гробах" - PrimaMedia

четверг, 24 ноября 2011 г.

О народе России

Игорь Харичев
24 ноября 2011 г.


Подкачал в России народ. Любит власть. И не любит нести ответственность за себя. Первое для власти приятно. А второе — нет. Приходится напрягаться, решать многие проблемы, которые валятся на голову как из рога изобилия. А вот бы по-другому: и власть любит, и все проблемы сам решает. Это был бы хороший народ. Но где ж такой взять?

С нашим народом в самом деле проблемы. Он в своей массе не ценит свободу, проявляет рабскую психологию, не считает высшей ценностью человеческую жизнь и наплевательски относится к правам человека, не признает незыблемость честно нажитой частной собственности, во всем уповает на государство. Странно в этой ситуации удивляться тому, что более половины жителей России неизменно поддерживают национального лидера, что их устраивает суверенная демократия, хотя в большинстве регионов они живут практически в условиях феодализма и у многих своя «кущевка», хотя они еле сводят концы с концами, а российские миллиардеры становятся все богаче.

Вот свежие примеры. Согласно опросам Левада-центра — пожалуй, единственной социологической службы, результатам опросов которой можно доверять, 82% наших сограждан не видят возможности влиять на политику. Но это не только характеристика государства, власти, это и характеристика нашего народа, который позволил этой власти выстроить такое государство. На вопрос «Какая демократия нужна России» 49% дают ответ: «Совершенно особая, соответствующая национальным традициям и специфике России», 14% — «Такая, как была в Советском Союзе», 7% — «России не нужна демократия» и только 19% — «Такая, как в развитых странах Европы, Америки». На вопрос «Какими словами вы могли бы обозначить свое отношение к Владимиру Путину?» 3% дают ответ: «Восхищение», 24% — «Симпатия», 33% — «Не могу сказать о нем ничего плохого». Итого 60%! Такова наша культура, во многом сохранившая черты традиционной. Это обусловлено нашей историей.

Еще в начале XX века подавляющее большинство подданных Российской империи было сельскими жителями, то есть носителями традиционной культуры. Проходивший тогда вполне успешный процесс индустриализации прервала гражданская война, которая вконец разрушила промышленность и отбросила страну в прошлое. Для того чтобы преодолеть катастрофическое отставание от Запада, Сталин жесткой рукой осуществил индустриализацию. Начало ей положил первый пятилетний план в 1927 году.

Тогда, в тридцатые годы, значительные массы сельского населения за короткий исторический период переместились в города. Известно, что в ходе индустриализации происходит не только перетекание сельского населения в города, но и модернизация традиционного общества, которое в конце концов становится постиндустриальным. Подобный процесс происходил и в СССР. К 1937 году, по прошествии десяти лет, его последствия были уже ощутимы. Однако наметившиеся подвижки в обществе не устраивали Сталина, поскольку грозили обернуться в будущем потерей власти. И он нашел способ остановить их.

Репрессии продолжались весь период правления «отца народов». Но особый размах они приобрели именно в 1937-1938 годах, охватив самые разные социальные группы. Страну окончательно пропитала атмосфера страха. В итоге были сохранены родовые черты традиционного общества. Прежде всего это отсутствие уважения к человеческой личности, непринятие человеческой жизни и, соответственно, прав человека высшими ценностями, непризнание незыблемости частной собственности (она вообще отсутствовала в СССР), непринятие того, что человек выше государства. Это неумение нести ответственность за себя, стремление во всем полагаться на государство и рабская психология.

Все эти черты сохранились у основной массы советских людей к 1991 году. Вот почему подавляющая часть населения России не могла и не хотела понять, что либеральные реформы требуют изменений не только в экономике, но и в обществе — то есть во всех нас. Большинство из тех, кто сохранял традиционное мышление, ожидали новой, устроенной, сытой жизни как само собой разумеющегося, что следовало получить без каких-либо собственных усилий. А когда через три-четыре-пять лет не получили этого, тут же разочаровались в новой власти и начали поддерживать коммунистов. Фактически граждане России в своей массе не готовы были к жизни в демократическом обществе и рыночной экономике, чем сполна воспользовались чиновники и чекисты.

Сегодняшняя Россия так же далека от демократии, как и пятнадцать лет назад. Но причина этого отнюдь не в нынешней власти. У нас такая страна, потому что такой народ. И если поменять власть, нет гарантии, что мы получим другую страну. И гарантий не будет, пока не изменится культура основной части граждан.

Такая позиция вызывает резкое неприятие у ряда известных представителей либеральной мысли. Прежде всего хочется упомянуть Эмиля Паина. Он обвиняет в упадничестве ту часть либеральной интеллигенции, которая признает преимущества западного пути развития, но при этом уверена, что Россия — страна рабов и пока не готова присоединиться к западной цивилизации. По мнению Паина, эта позиция недопустима, поскольку выгодна нынешней власти, так как оправдывает ее недемократические действия. Близкую точку зрения высказывает политолог Игорь Клямкин, считающий, что если все определяет культура, то ситуация фактически безвыходная. А потому подобная трактовка неприемлема.

Но разве не правда, что большинство наших соотечественников по сей день не приняли те ценности, на которых зиждется западная цивилизация? (А те, кто в заметном числе уезжает на постоянное жительство в успешные страны, как раз представляют другую, меньшую часть общества, которая истончается.) Разве полное равнодушие к политике и нежелание проявлять даже минимальную общественную активность являются выдумкой? Разве многие наши общественные деятели и представители творческих профессий не демонстрируют публично примеры рабской психологии? Как писал в одной из своих работ культуролог Игорь Яковенко: «Подавление личностного начала — одна из магистральных функций русской культуры». А известный философ Вадим Межуев подчеркивал: «Отличие России от Запада следует… искать не в цивилизации — здесь можно говорить лишь об отсталости России от Запада, — а в культуре».

Ситуация и в самом деле тупиковая. Надежда может быть только на власть. Разумеется, не нынешнюю. А ту, которая, по-настоящему думая о будущем страны, станет осуществлять широкую просветительскую деятельность. Подобную по влиянию на общество той, какая проводилась после Второй мировой войны в Германии и Японии. Попутно эта власть должна подавать обществу пример в законопослушности, порядочности, в реальном неприятии коррупции. Так что речь в любом случае о не столь близком будущем.

С нашим народом действительно проблемы. Но в этом не его вина, в этом его беда. Как бы разъяснить нашему народу, что уважение к личности напрямую связано с экономическим процветанием. Что эффективна вовсе не та власть, которая держит все в кулаке, а та, которая обеспечивает действие закона для всех без исключений. Что нести за себя ответственность надежнее, чем доверять это государству.

Автор – генеральный директор журнала «Знание-сила», секретарь Союза писателей Москвы

Ссылка: О народе России - Ежедневный журнал

среда, 23 ноября 2011 г.

Без суда и следствия

Надежда Гришина
23.11.2011


Николай Александрович Тимченко живет в Амурзете. Его семья - одна из тех многих, кто попал под жернова политических репрессий.

Тогда, в 30-е годы, более пятисот жителей района были либо арестованы как "враги народа", либо раскулачены.

Два года назад по инициативе Николая Тимченко и других ветеранов в центральном парке Амурзета был установлен памятный знак в память жертв политических репрессий.

"Забывать о том времени нельзя, - убежден Николай Александрович. - Мы должны помнить свою историю хотя бы для того, чтобы не делать новых ошибок".

Эта публикация родилась из воспоминаний о трагических событиях, которые пережил автор в детские годы.

вторник, 22 ноября 2011 г.

Крестный отец России

Леонид Радзиховский
22 ноября 2011

Итак, «руководство РФ» приняло «политическое решение» о реабилитации поляков, убитых НКВД в 1940 году в Катыни.

В связи с этим у меня возник естественный вопрос – об осуждении убийц. Осуждении, разумеется, не «морально-политическом» (это уже сделано 100 раз), а о чисто юридическом. Если решение принимало Политбюро, то очевидно, что главный убийца – Сталин. Виновны также все члены Политбюро, которые за это решение голосовали. Ну, а далее следуют исполнители – от Берии и ниже. Ответ «выполняли приказ» не пляшет. Еще в Нюрнберге было признано, что исполнение преступных приказов – тоже преступление.

В связи с этим – три вопроса.

Первый. Все эти люди давно умерли. Зачем ворошить? «Предоставьте мертвым судить своих мертвецов».

Второй. Почему только за Катынь? Сталинский террор касался миллионов – что за «привилегия» для поляков?

Третье. Кто сегодня всем этим займется? Кому оно надо?

пятница, 18 ноября 2011 г.

Своемерные записки на полях календаря

Владимир Ермаков
17.11.2011

7 ноября


Старые большевики мрачно и скучно отпраздновали очередную годовщину пролетарской революции. Орловские товарищи собрались почему-то у памятника писателю Лескову, известному реакционеру. Наверное, кто-нибудь пришел с красными гвоздиками и к памятнику Ленину, стоящему на высоком постаменте перед твердыней местной власти. Это его законное место, ибо Ильич – ключ к нашей нынешней несуразице. Как сказал Уинстон Черчилль: Первая трагедия России – рождение Ленина, вторая – его смерть. Только Ленин мог бы вывести русских из того болота, куда он их сам завел. Ленин был одним из самых могущественных демонов истории: не скованный никакими догмами, он разжигал мировой пожар холодным пламенем беспощадной логики. Ленинизм – это учение о том, что все мнения ложны, кроме нужного, и все средства хороши, чтобы добиться своего.

понедельник, 14 ноября 2011 г.

Рабочие волнения в СССР в начале 60-х годов

Вадим Белоцерковский
14.11.2011


От редакции
В массовом сознании период советской власти не ассоциируется с протестными выступлениями рабочих. Общим местом считается, что после репресий 30-х годов, единственно кто позволил себе окрыто выступить против советской власти – это диссиденты из числа интелигенции. На самом деле выступления рабочих были, но так эффективно замалчивались, что о них не знали современники, и даже историки наших дней предпочитают эту тему не трогать. Известная многим забастовка в Новочеркаске в 1962 г . – не единственнное протестное выступление рабочих, были и другие, проходивщие в конце 50-х – начале 60-х годов прошлого века во многих городах СССР. Все они были жестоко подавлены. О них предпочитали ничего «не знать» даже в кругах российской диссидентской эмиграции.
Публицист, писатель, общественный деятель Вадим Белоцерковский, эмигрировавший из СССР в 1972 г., один из немногих советских и российских интеллигентов, который интересовался протестным рабочим движением в СССР, изучал его и пытался донести информацию о нем до мировой общественности.
В эмиграции В. Белоцерковский продолжал собирать по крупицам сведения о восстаниях рабочих в СССР, но собранный им материал не желали публиковать в эмигрантских русскоязычных изданиях. Опубликованы они были в иностранных журналах: «Сучасность», США, октябрь 1978 г.; «Панорама», Италия, май 1979 г.; «Критик», Англия, №- 10-11, 1979 г.; «Альтернатива», Франция, №- 3, 1980 г.
В 1983 г. в Мюнхене у Вадима Белоцерковского вышел сборник статей на русском языке под говорящим названием «Из портативного ГУЛАГА российской эмиграции», в котором был опубликован полный вариант его статьи «Рабочие волнения в СССР в начале 60-х годов».
С разрешения автора вестник CIVITAS публикует эту статью из мюнхенского сборника, ставшего в наши дни библиографической редкостью.


Второго июня исполнилось 20 лет со дня жестокого подавления рабочей демонстрации и забастовки в Новочеркасске в 1962 г. Эти рабочие выступления были апогеем целой серии рабочих волнений, прокатившихся по стране в начале 60-х годов. Сейчас, когда мы стали свидетелями исторических польских событий, полезно вспомнить и о волне рабочих выступлений в СССР. Выступлений, столь трагически закончившихся, как в отношении человеческих жертв, так и в отношении безвестности и безрезультатности. Волна рабочих выступлений того времени не только не получила поддержки со стороны интеллигенции, но даже и не была ею замечена.

суббота, 12 ноября 2011 г.

“Музеи совести”. История репрессий в музейных экспозициях

Беседовала Валентина Быкова
31.10.11


От редакции. «Мемориал» переживает, как говорят, второе рождение. В Москве открылись новый офис и культурный центр на Каретном ряду, запускаются новые проекты. Одним из этих проектов является «Зеркало памяти» - проект-победитель грантового конкурса Благотворительного фонда Владимира Потанина "Меняющийся музей в меняющемся мире". Это исследование того, как тема политических репрессий представлена в современных российских музеях, каким образом выстроены экспозиции, обходящие события террора стороной, и как рассказывают о репрессиях музеи, ставящие перед собой такую задачу. О советском периоде в музейных экспозициях, о политике памяти и об этом проекте «Русский журнал» побеседовал с Дмитрием Кокориным - директором по развитию общества «Мемориал», одним из соавторов проекта.

* * *

Русский журнал: Время ГУЛАГовских репрессий, массового голода обсуждалось в конце советского периода, при Горбачеве. И вот эта тематика вернулась. Можно предположить, что она будет возвращаться еще не однажды. И не только из-за конкретных политических обстоятельств. В нулевые годы она вернулась из внешней политики – Катынь, голодомор, Институты национальной памяти и т.д. Но независимо от этого рефлексия общества о собственном прошлом является базовым фактором развития. Музей как культурная институция сохраняет свою роль в этих рефлексивных культурных механизмах. Как сейчас обстоит дело в наших музеях применительно к советскому периоду?

Дмитрий Кокорин: Ситуация в целом такова. Большинство российских музеев являются наследниками коллекций, собранных в советское время под определенным взглядом, для выполнения определенных задач, что продолжает влиять на вид музея и сегодня. И есть несколько относительно новых музеев, созданных в течение последних 20 лет, которые можно назвать «памятниками перестройки». При этом любые музеи – и отраслевые, как музей спецслужб в Питере (Музей "История политической полиции России - Гороховая, 2"), и музеи, посвященные историческим личностям 20 века, и религиозные музеи, связанные с конфессиональной памятью, – все они так или иначе упираются в тему репрессий. А раз про нее нужно как-то говорить, она там как-то осмыслена.

В «классических» (исторических и краеведческих) музеях самое интересное, пожалуй, именно ощущение случайности тематики репрессий. С одной стороны, появилась возможность говорить о репрессиях, а, с другой стороны, не очень удобно про них думать, как про что-то ключевое в истории страны. И даже тем исследователям, которые воспринимают эти события, как ключевые, довольно сложно показать посетителям их суть.

Исключением можно назвать Музей политической истории в Санкт-Петербурге, но и там тоже есть проблемы неотрефлексированности. Несмотря на то, что музей попытался полностью перестроить свою экспозицию, в объектах сохраняется дискурс, который унаследован от советского музея, от советского языка. К примеру, в экспозиции есть фотография, на которой изображены какие-то люди. И подпись: «кулаки роют могилу перед расстрелом» (Я благодарен Ирине Флиге за то, что она обратила наше внимание на этот пример). Нет никаких кавычек и никаких пояснений, связанных с кулаками. Кто такие кулаки, как их оценивать сегодня? Рефлексии нет совершенно. И это передовой, это наш самый лучший исторический музей.

четверг, 10 ноября 2011 г.

80 лет назад (1931) создан Государственный трест по промышленному и дорожному строительству в районе Верхней Колымы

А.Г. Козлов,
старший научный сотрудник лаборатории истории и археологии СВКНИИ ДВО РАН
10.11.2011


Получивший сокращенное название «Дальстрой» (1931). Основной задачей организованного гостреста стала добыча полезных ископаемых и в первую очередь золота, что придавало Дальстрою исключительное значение.

Предполагалось комплексное освоение, включение в единый народнохозяйственный комплекс страны ранее необжитых территорий как крупнейшего поставщика валюты для осуществления планов индустриализации. Первым директором Дальстроя был назначен бывший сотрудник спецотдела ВЧК-ОГПУ СССР и руководитель строительства Вишерского целлюлозно-бумажного комбината на Северном Урале Эдуард Петрович Берзин. 4 февраля 1932 года руководство треста на пароходе «Сахалин» прибыло в бухту Нагаева.

Территория, выделенная в район деятельности Дальстроя, составила около 450 тысяч кв. км. Согласно постановлению Совета Народных Комиссаров СССР на гострест 29 июля 1936 года была возложена задача охватить к 1940 году геологоразведочными работами весь район бассейна Колымы, часть бассейна Индигирки, между устьями рек Эльген и Момы, а также бассейны главных притоков Индигирки. С включением этих районов территория деятельности Дальстроя в 1936 году увеличилась до 700 тысяч кв. км.

В 1939 году Дальстрою были переданы Чаунский и Чукотский районы, в 1940-м - бассейн реки Анадырь, а в 1941 году на основании постановления СНК СССР от 29 марта - побережье Охотского моря от Пенжинской губы до Охотска и весь бассейн реки Яны. Таким образом, территория деятельности Дальстроя к началу Великой Отечественной войны увеличилась до 2,3 млн. кв. км и продолжала увеличиваться. С 1931 года гострест «Дальстрой» находился в непосредственном подчинении СТО СССР. В марте 1938 года он был передан в ведение НКВД СССР и преобразован в Главное управление строительства Дальнего Севера (ГУС ДС).

Административно Дальстрой входил в состав сначала Дальневосточного, а с 20 октября 1938 года - Хабаровского края, но практически оставался особой административно-территориальной единицей. На его территории функции советских и партийных органов либо вообще не существовали, либо были сильно ограничены. С самого начала деятельности Дальстроя его основной рабочей силой были заключенные Северо-Восточных исправительно-трудовых лагерей - Севвостлага. Организованный приказом ОГПУ СССР №287/с от 1 апреля 1932 года, он просуществовал четверть века, и через его лагерные подразделения прошли десятки тысяч незаконно репрессированных.

В конце 1932 года в Севвостлаге содержалось 9 928 заключенных, в 1940 году - уже 17 6685. С этим фактом во многом была связана вся деятельность Дальстроя. За предвоенные годы в экстремальных северных условиях руками заключенных и вольнонаемных были построены город Магадан, порт Нагаево, около 100 различных поселков на территории Колымы, Чукотки и в Якутии, проложены 3 100 км дорог, в том числе более чем 650 км знаменитой Колымской трассы, введены в строй линии электропередачи, электростанции, автобазы, аэродромы, организовано более 10 совхозов, десятки колхозов, несколько рыбпромхозов и свыше 300 подсобных хозяйств.

среда, 9 ноября 2011 г.

«Большой Террор». Памяти преступления

ноябрь 2011
Беседу ведет Афанасий Мамедов


На четыре вопроса отвечают: Рой Медведев, Павел Нерлер, Никита Петров, Юрий Фельштинский


Этот эпизод истории обойти молчанием никак нельзя, как бы того ни хотелось некоторым нашим соотечественникам «с раскосыми и жадными очами». Место действия — вся страна. О масштабах преступления напоминает сегодня даже дрожание осиновой и прочей листвы. Это трепетание матери-природы подталкивает искать аналогии, сверять свои ассоциации накануне юбилея 1937 года и недавно объявленной по телевизору Большой Кремлевской Рокировки, принятой практически единогласно на ХII съезде «Единой России». Что ждет нас? Пышное продолжение имперского застоя со сладостной гнильцой — голосует большинство россиян, памятливые евреи не исключение, — или с возвращением в Кремль «Единственного первого» политтехнологи примутся модернизировать «гаечный» способ правления, что завещано 1937-м всем нам?

понедельник, 7 ноября 2011 г.

Записки режиссера. Красный день календаря - 2

Анатолий Борсюк
7.11.2011


Но вернёмся в Соловки. В конце октября 1937-го года, 1116 Соловецких узников вначале тайно этапировали морем на баржах до Кеми, оттуда по железной дороге перевезли в Медвежьегорск в Карелии, где разместили в следственном изоляторе БелбалтКомбината НКВД. Подходящих для расстрела мест здесь было мало, поэтому узников пришлось скрытно и поэтапно вывозить за 19 км., через небольшие населённые пункты, в урочище Сандармох.

И в первый же день случилось досадное ЧП!..

Кто-то из "контингента" пронёс с собой нож. Заключённые перерезали верёвки и напали на конвой. Конечно, в итоге работа была выполнена, и все получили свою "первую категорию", но так работать было нельзя... Расстрелы пришлось приостановить на четыре дня, и они были возобновлены только первого ноября.

Теперь, в расположенных анфиладой трёх комнатах барака, приговорённых к экзекуции "готовили" по-иному (когда слышишь - «анфилада комнат» - сразу вспоминается первый бал Наташи Ростовой, Льва Николаевича Толстого: платья, музыка, гусары… Папинька, маминька…).

пятница, 4 ноября 2011 г.

Без «белых пятен»


Вениамин РЕЙНЕР
03.11.2011

В ЕАО издана Книга Памяти жертв политических репрессий

В прошлом году губернатор ЕАО Александр Винников подписал постановление об издании такой книги. Дело в том, что до настоящего времени Еврейская автономная область оставалась одним из немногих субъектов Российской Федерации, не имеющих подобного издания.

ПОЛТЫСЯЧИ СТРАНИЦ ТЯЖЁЛЫХ

Автор нашумевшей в первой половине 90-х годов книги «Биробиджан: мечты и трагедия» Давид Вайсерман писал о 7,5 тысячи репрессированных жителей ЕАО. Но уже тогда у многих её читателей появились сомнения в её объективности.

Конечно, столь масштабная работа, как составление поимённого списка жертв политических репрессий и комментариев к этим материалам, потребовала координации действий многих людей. Так правительством области была создана рабочая группа и редколлегия Книги Памяти. В общем труде объединились также учёные, журналисты области и сотрудники правоохранительных органов.

Работа этой группы находилась на непосредственном контроле губернатора Александра Винникова, для которого (только заступившего на пост главы области) это стало первым и символически значимым историко-культурным проектом.

понедельник, 31 октября 2011 г.

Памяти жертв политических репрессий

Беседовал Алексей Семенов
30.10.2011


Сегодняшний день - трагическая дата в нашей истории. В этот день мы поминаем жертв политических репрессий. В Московской области было сконцентрировано наибольшее количество концлагерей с политзаключенными: Дмитлаг, Коммунарка, Бутовский полигон… Президент Межрегиональной общественной организации «Московская ассоциация жертв незаконных репрессий» Сергей Волков в эксклюзивном интервью рассказал Информационно-аналитическому порталу НовостиМО о том, как происходили репрессии в то страшное для страны время.

- Какова была причина создания отдельного полигона для расстрелов и захоронений под Москвой?

- Потому что там овраги были, куда людей можно хоронить. Затем и создали Бутовский полигон возле деревни Дрожжино Ленинского района. Крематории не справились бы с таким огромным потоком убитых, на московских кладбищах хоронить – так сразу разоблачат, да и места не хватило бы. Поэтому и был выделен специальный участок, где были овраги. Туда свозили трупы и бульдозерами заправляли. Это было дикое место, пустое, в лесу. Сама природа позволяла там тайно завозить людей и сбрасывать их туда.

- Сколько заключенных в нем находилось в подмосковных лагерях?

- Подмосковный Дмитлаг был самым большим сталинским концлагерем. Но надо учесть, что репрессии начались еще при Ленине, когда стали организовывать колхозы. Тем не менее, самые массовые и жестокие репрессии пришелся на время правления Сталина. С учетом раскулаченных и пострадавших лиц, от репрессий в стране в общей сложности пострадало около 40 млн человек. Правда, у коммунистов свои расчеты и они называют цифры меньше, в пределах 10 млн. Это все политика… Что касается Дмитлага, то точное количество жертв невозможно подсчитать. По одной из версий, общая численность заключенных, прошедших через него, составляла более 1 млн 200 человек. Для сравнения – в фашистском Бухенвальде было в 5 раз меньше. Одновременно в лагере содержалось около 190 тысяч человек. Это больше, чем в Освенциме.

- В чем была суть массовых расстрелов?

- Сталин ввел понятие «враг народа». Этот термин освобождал от необходимости доказательств вины человека. Таким образом, любой, кто был заподозрен во враждебных намерениях, а чаще всего -  просто оклеветан, мог быть подвергнут репрессиям с нарушением всяких норм законности. Понятие «враг народа» исключало возможность какой-либо идейной борьбы или выражения своего мнения по вопросам даже практического значения. Часто в отношении людей, выступающих против линии партии, не было достаточно серьезных оснований, чтобы их физически уничтожить. Для обоснования физического уничтожения таких людей и была введена формула «враг народа».

воскресенье, 30 октября 2011 г.

В Иркутске провели акцию памяти политических репрессированных в России

Михаил КЕДРОВ
30.10.2011

Хмурый день, ненастная погода, дождь со снегом вперемежку. Возле здания администрации города собралась не очень многочисленная кучка пожилых людей. Молодых мало. Ждут  автобусов, чтобы посетить  место захоронения их расстрелянных отцов, дедов, родственников. Тогда, в восемьдесят девятом, это захоронение просто повергло в шок.

Совсем рядом с Иркутском, в трех километрах, в лесу, неподалёку от посёлка Пивовариха были обнаружены тысячи человеческих останков. Они лежали в рвах-накопителях. Это  место  в 30-е годы было спецзоной НКВД. По восстановленным архивным документам, во рвах лежат останки более ТРИДЦАТИ ТЫСЯЧ репрессированных коммунистической системой.

Тридцать тысяч только тех, чьи фамилии, даты рождения, адреса установлены.  Но  не меньше и тех, о ком имеются обрывочные сведения, только дата ареста, обвинение, но  неизвестно место расстрела. Тогда наберется еще более устрашающая цифра - более шестидесяти тысяч политрепрессированных. И это  сведения только по Иркутской области!

Заведующая сектором по работе с населением отдела социальной помощи населению администрации города Иркутска, секретарь иркутской городской комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий Татьяна Громова сказала: «Это наши земляки, осужденные по решению особой тройки НКВД по Иркутской области, военного трибунала ЗабВО, спецколлегии Областного суда, Военной коллегии Верховного суда СССР. Это сельские труженики, высланные в Сибирь из западных районов страны в результате коллективизации. Это также сотни граждан, репрессированных за принадлежность к определенной национальности – немцы, ингуши, крымские татары, калмыки, чеченцы, балкары и т.д. Надо вспомнить слова Анны Ахматовой, что это было время, когда только мертвый  мог улыбаться…».

Гонимые правды ради…

Ксения Кириллова
30.10.2011

 
30 октября считается Днем памяти жертв политических репрессий [1]. Сегодня, когда все больше людей начинает идеализировать годы советской власти, наверное, особенно важно, оставив в стороне политические лозунги, вспомнить хотя бы несколько судеб и имен людей, попавших в воронку «лихого века».

«Заговорщики»

    «15 июня 1948 года меня арестовали… Я провела шесть месяцев в одиночке и получила приговор: 10 лет исправительно-трудовых лагерей. За первый месяц меня допрашивали 49 раз и совершенно не давали спать, потому что допрашивали по ночам, а днём не позволяли даже прислониться к стене. К концу месяца я от бессонницы уже перестала соображать, что к чему».

Это — отрывок из письма Генеральному секретарю Союза писателей СССР А.А. Фадееву Татьяны Волковой — школьной учительницы, редактора юбилейного собрания сочинений Л.Н. Толстого, обвиненной в причастности к «террористическому заговору» против советской власти.

Абсурдность такого обвинения очевидна, однако женщине-интеллигентке все же пришлось провести десять лет на Колыме, вдали от детей и любимой работы.

На некоторых местах массовых расстрелов сегодня до сих пор нет памятников.

12-й километр Московского тракта  города Екатеринбурга — одно из немногих мест, которое постоянно напоминает о судьбах миллионов соотечественников, безвинно пострадавших от рук большевистских палачей за свою веру, политические убеждения или просто социальную принадлежность. 
12-ый километр Московского тракта.
Фото: ekmemo.ru
В годы массовых репрессий погибли сотни тысяч уральцев. В их числе — руководители промышленных предприятий, общественных организаций, военнослужащие, учителя, врачи, рабочие, крестьяне, священнослужители. Со всей России на Урал, в учреждения ГУЛАГа, шли спецэшелоны с осужденными, многим из которых никогда не суждено было вернуться домой.

Сейчас на Среднем Урале проживает более 30 тысяч бывших политзаключенных. Ничто не в силах исправить их искалеченные судьбы, вернуть им молодость, силы, здоровье.

суббота, 29 октября 2011 г.

Уроки прошлого

Дмитрий Соколов
29.10.2011

Их необходимо помнить, чтобы никогда не повторить пройденного

Сегодня и завтра по всей стране пройдут мероприятия, посвященные Дню памяти жертв политических репрессий. В истории новой России скорбная дата будет отмечаться в 20-й раз. Ровно 20 лет назад был принят Федеральный закон «О реабилитации жертв политических репрессий», а День памяти благодаря президентскому указу вошел в российский политический календарь. Предтечей памятной даты стали события 1974 года, когда советские политзаключенные провели в мордовских и пермских колониях голодовки и акции протеста.

С клеймом врага народа

Наверное, нет такого уголка на территории России и бывшего Советского Союза, который обошли стороной политические репрессии 30–40-х годов и более позднего времени. Своего пика они достигли в 1937-1938-м годах, когда по политическим обвинениям было арестовано более 1,7 млн. человек, а вместе с осужденными «социально вредными элементами» и жертвами депортаций их число переваливает за два миллиона. Более 700 тысяч арестованных были казнены. В Рязанской области репрессиям подверглись все слои населения – рабочие, крестьяне, мелкие служащие, и, конечно же, интеллигенция, представлявшая главную угрозу авторитарному строю. Точную цифру погибших и пострадавших назвать сложно и сейчас.

По сведениям Рязанской ассоциации жертв политических репрессий, в областном центре проживают 288 человек, пострадавших от тоталитарного произвола. В основном это дети узников ГУЛАГа, осужденных по статье 58 УК РСФСР. Многие из них так и не дождались возвращения своих отцов, матерей, а большую часть своей молодости прожили с клеймом «детей врагов народа». 30 октября эти люди приходят к «Стене памяти на Скорбященском», чтобы возложить цветы к мемориальной доске и почтить память жертв репрессий.

Рукописи не горят

Среди тех, для кого 30 октября особенный день, – жительница Рязани Татьяна Борисовна Соколова.

Белые пятна истории, чёрные пятна судьбы

Наталья Тереб
29.10.2011

То, что нам пока неведомо из истории страны, мы называем белыми пятнами. Есть еще черные. Они появились в биографиях миллионов советских людей во времена произвола тоталитарного режима. За что? Об этом наш разговор с начальником отдела спецфондов и реабилитации жертв политических репрессий информационного центра Управления Министерства внутренних дел РФ по Тюменской области, подполковником Надеждой Велижаниной.

Уголки России: заполярная "столица мира"

Артур Приймак
28.10.2011

О Воркуте ходит слава города лагерей и уголовников. Сами воркутинцы именуют город любовно "заполярной кочегаркой". Есть у Воркуты и другое имя — "столица мира". Воркута — это город контрастов: следы ГУЛАГа и тундровые красоты, суровость климата и тепло человеческого сердца. Первый тост всегда "за Воркуту и воркутинцев", которые "бывшими не бывают".

Все помнят диалог из фильма "Джентльмены удачи": " — Воркута. — А почему Воркута? — А я там сидел". Советский фольклор сохранил за заполярным городом еще один нелестный эпитет: "угледобывающий и ЗЭКОотдыхающий". Журналист Владимир Ильин в своей книге "Власть и уголь" назвал Воркуту "городом-концлагерем". По его словам, дух лагеря в городе "был неистребим", несмотря на то что "большинство бывших зэков покинули Воркуту". Каждый, кто приезжал, "окунался в атмосферу, сформированную ГУЛАГом": бараки на фоне сталинского ампира, культ силы, всеобщая озлобленность. Язык, на котором общались все воркутинцы, даже интеллигенция, был всегда "перенасыщен матом и жаргоном".

Все, что описал Владимир Ильин, на самом деле есть. Но это уже реальность постсоветской Воркуты. Сам воркутинец лишний раз материться не станет. И тем более, не назовет свой город "концлагерем". Любой, кто здесь жил, именует Воркуту любовно: "заполярная кочегарка". И советует каждому хоть раз посетить этот необычный и красивый город, воздвигнутый в вечной мерзлоте. У "кочегарки" есть еще одно имя — "столица мира".

До того, как стать городом, Воркута была поселком из бараков. Еще раньше здесь простиралась Большеземельная тундра. Само слово "воркута" в переводе с ненецкого означает "медвежий угол". Русские поселенцы, издавна обживавшие Зырянский край, обходили это место стороной. Лето здесь короткое, зима тянется восемь месяцев. Тундровая почва круглый год скована вечной мерзлотой. Новгородцы, открывшие в XI веке архипелаг Новая Земля, посчитали Большеземельную тундру местом, где могут жить одни медведи. Вплоть до 30-х годов возле реки Воркута селились исключительно кочевые ненцы и коми. В 30-х здесь появились советские геологи во главе с Георгием Черновым.

На правом берегу реки Воркута стоит памятный крест. Здесь в 1931 году экспедиция Чернова нашла каменный уголь и начала разработку. 25 июля 1931 года геологи разбили лагерь. Большинство участников отряда было заключенными ГУЛАГа. Именно отсюда, с первого поселка, названного Рудник, началась история Воркуты.

пятница, 28 октября 2011 г.

Живу, помню, люблю…

Надежда Гришина
28.10.2011

30 октября - День памяти жертв политических репрессий

Старенький "Москвич" долго полз вверх по узкой рыжей грунтовой дороге, изъеденной потоками стекающей с сопки воды. А когда остановился на вершине и мы вышли из машины, сразу закружилась голова и заложило уши от резкого перепада атмосферного давления. Вид, открывшийся отсюда, поразил своей красотой. Внизу в изумрудно-зеленой долине стояло несколько строений, в том числе один двухэтажный дом из красного кирпича. Рядом, рукой подать, на мягкой траве у подножия лесистой сопки паслись отара овец, несколько бычков и жеребят. С другой стороны дороги, заканчивающейся у шлагбаума перед въездом на заставу, некогда стоял полуразрушенный домик последней коренной жительницы села Союзного Федосьи Домашенкиной и росло несколько старых груш. Эта женщина умерла несколько лет назад. А сегодня здесь двухэтажный дом - жилище единственного официально прописанного в селе человека - Владимира Васильевича Чернышова. Говорят, он переехал сюда из Озерного. Сейчас мужчине уже под 70. Он по-прежнему занимается выращиванием картофеля и разведением скота, только овец держит больше сотни. И, по всей видимости, не страдает от одиночества.

На родительский день на старое сельское кладбище, находящееся за линией инженерно-технических сооружений границы, а проще - за колючей проволокой, каждый год приезжает несколько семей, чьи родственники покоятся там, - Александровы, Приходько, Петуховы. Для Павла Сергеевича Петухова - директора профессионального училища № 7 в Амурзете, которому самому скоро исполнится 60 лет, каждая такая поездка - не только дань уважения памяти похороненных здесь родителей его отца и мамы - Феклы Ярославцевой - Степана и Марии Тырса, но и повод для воспоминаний о детстве, прошедшем именно здесь - в бывшей казачьей станице на берегах чистой речки Маньчжурки и ручья Поперечный.

Любить Дракона

Валерия Новодворская
24.10.2011 года

Евгений Львович Шварц — это не бронзовый классик, а очень современный странствующий рыцарь. Недавно до нас дошло, в какой печальной и злой сказке мы живем. Странствующий рыцарь Шварц, которого при жизни считали сказочником, забрел к нам, упорствующим в своей любви к Драконам. Ну что из того, что родился этот укротитель Драконов, Теней и Голых королей 21 октября 1896 года — 115 лет назад!

Не так много осталось Драконов на земле. Разве что вечный Фидель, Ким Чен Ир, Уго Чавес, Лукашенко и наш виртуальный Дракоша, который всегда без чинов, то есть без трех голов, без когтей, и ростом совсем не с церковь, и ходит без чешуи, разве что мотоциклетный шлем наденет. В нашей сказке голые премьеры не хуже, чем Голые короли, объявляют на съездах свое 12-летнее царствование, а убогие единороссы, не лучше шварцевских горожан, встают в едином холопском порыве и аплодируют стоя любой подлости, любой глупости. Тени у нас не знают свое место, а сидят в Думе и в драконовской администрации, а молодые юристы ломают все упования общественности и работают бургомистрами при Драконе. Учили этому всех, но именно Дмитрий Медведев, как шварцевский Генрих, оказался первым учеником. А людоеды у нас служат не только оценщиками в городском ломбарде, но и судьями, следователями, тюремными врачами из списка Магнитского.

"Поколения Драконов работали над нашими бедными душами, и последний Дракоша только напомнил, что наше место — у ног Теней"

Евгений Шварц жил, как Ланцелот, а шапкой-невидимкой ему служила его отчаянная храбрость. Он вслух говорил, что пишет все, кроме доносов, а кривое дерево публично называл холопом. Он помогал семье арестованного Заболоцкого, он никогда не упоминал о Сталине, и это в самые страшные годы. В 1934-м Шварц создает «Голого короля». Это год «кировского дела», когда сажают и высылают каждого четвертого интеллигента Питера. В 1940 году Шварц пишет «Тень», а в 1944-м — «Дракона». Это и были его вызовы на бой. Спектакли запрещали после первого же представления (смельчак и великий режиссер Николай Акимов ставил их в питерском Театре комедии). Но для ареста нужно было признать, что и Тень, и Дракон, и Голый король изображают не только Гитлера, но и Сталина. А на это не хватало мужества даже у следователей НКВД. Поэтому и Шварц, и Акимов уцелели.

Доживший до 1958 года драматург, гневный, усталый и бессильный волшебник, вызов которого Дракон так и не принял, перед смертью узнал, как кончаются его сказки в советской реальности. Ланцелоты не приходят, а Драконы умирают от инсульта своей смертью, а после их адъютанты и пособники объявляют себя драконоборцами, и прекрасные Эльзы, то есть интеллигенция, не только охотно идут с ними под венец, но и ставят им красивые памятники на Новодевичьем кладбище. Шварц написал страшную правду: Драконов у нас любят. Разве не слышим мы каждый день с экрана: чудушко-юдушко, душечка-цыпочка, летун-хлопотун! И разве мы не видим, как работает драконья команда: «Разрубишь тело пополам — человек околеет. А душу разорвешь — станет послушней, и только… Безрукие души, безногие души, глухонемые души, цепные души, легавые души, окаянные души… дырявые души, продажные души, прожженные души, мертвые души…» Вот и весь секрет. Поколения Драконов работали над нашими бедными душами, и последний Дракоша только напомнил, что наше место — у ног Теней.

Но Шварц оставил нам и рецепт, как обеспечить сказке счастливый конец. Кричать, что король — голый, говорить: «Тень! Знай свое место», не любить Дракона, а убивать его в себе и других. Быть девятнадцать раз раненным легко, пять раз — тяжело и три раза — смертельно, как Ланцелот. Идти на смерть, как Ученый. «Ведь, чтобы победить, надо идти и на смерть».

Ссылка: Любить Дракона - Новое Время

Кто старое забудет, тому — что же?

Дмитрий Дорошко
27.10.2011

Группа членов Воскресенского малого православного братства и студентов Свято-Филаретовского института посетила Свято-Екатерининский мужской монастырь.

Каждому отдельному человеку и даже целому народу, к сожалению, свойственно забывать. За забвением следует незнание, а им часто оправдываются безответственность, бездействие и равнодушие. Но история этому не учит, ее уроки о другом: она нужна, чтобы помнили. Нам говорят, «кто старое помянет, тому глаз вон», но при этом забывают продолжение этой поговорки — «кто забудет — тому оба!». Слепота, то есть забвение, не приносит человеку счастья, а покаяние приносит.

30 октября — День памяти жертв политических репрессий. Вспоминая историю, группа членов Воскресенского малого православного братства отправилась в город Видное, рядом с Москвой. Здесь, в Ермолинской березовой роще находится Свято-Екатерининский мужской монастырь. У ворот нас встретил послушник Виктор, его силами здесь поддерживается музей, посвященный истории монастыря. В небольшой комнате собраны документы, фотографии, рисунки… От него мы услышали интересный рассказ.

среда, 26 октября 2011 г.

Проводник в «царство мёртвых»

Инна ПАЛЬШИНА
26.10.2011

Страшную тайну о том, где находятся «могилы» тысяч расстрелянных, Александр Александров открыл ещё в семидесятых годах.
Александр Александров
Фото: Инна ПАЛЬШИНА





Несколько километров от Иркутска, окрестности деревни Пивовариха. 30 октября, в День памяти жертв политических репрессий, сюда приедут сотни людей. А пока вокруг тихо, и далеко слышно, как по бетонным плитам дорожки стучит трость. Это Александр Леонидович - наш «Харон» - проводит экскурсию по «царству мёртвых». 22 года назад благодаря иркутянину появился уникальный мемориал репрессированным землякам, первый в стране и единственный в своём роде.

Уникален памятник тем, что он был официально признан ещё в бытность Советского Союза, как бы невообразимо сегодня это ни звучало. Теперь это место носит сразу два статуса - по закону оно считается и кладбищем, и памятником культуры местного значения. Большинства таких захоронений в нашей стране до сих пор не существует на бумаге, поясняет Александр Александров.

Возвращённые из небытия

По правую руку от нас - ровная поляна с пожухлой травой. На самом деле это несколько рвов-накопителей, в которых - чьи-то расстрелянные отцы, деды, прадеды… 15-17 тысяч безвинно убитых людей (точные цифры до сих пор неизвестны) лежат здесь под тонким слоем земли - местами не больше двадцати сантиметров. Впрочем, слово «ров» выдумано потомками, объясняет нам Александр Леонидович. На самом деле, могилами служили огромные воронки от взрывов.

Перед поляной - гранитный монумент иркутского скульптора Виталия Смагина - переломленная красноватая балка и надпись: «Помни, Родина, нас, всех, кто погиб невинно. Будь милосердна и возврати нас из небытия». Слова принадлежат иркутскому поэту Марку Сергееву. Рядом с монументом - деревянный крест, одна из сотен печальных историй. Его поставили иркутские авиаторы в память о расстрелянных здесь коллегах. Планировалось, что чёрный крест будет возвышаться над деревьями, но жизнь внесла коррективы - крест получился невысокий и жёлтый.

вторник, 25 октября 2011 г.

Тайны архивного двора

Михаил Золотоносов
24.10.2011


Текст, который надо выделить

О первом шаге на пути к тайнам наших архивов я писаллетом этого года. Речь тогда шла о судебном разбирательстве по моему заявлению о снятии грифа "Для служебного пользования" с "Типового положения о порядке рассекречивания и продления сроков заскречивания архивных документов". Вполне в советском духе документ, посвященный рассекречиванию, сам был засекречен (точнее, сделан документом для служебного пользования).

По решению Калининского районного суда Санкт-Петербурга (судья М.С.Кондрашева), гриф был снят, документ стал открытым, решение вступило в законную силу 12 июля 2011 года. Это был беспрецедентный случай – впервые в истории постсоветской России суд снял ограничительный гриф с документа.

Секретный  лист 70 И мое заявление в суд

Однако это был лишь первый шаг. Совместно с юристами Института развития свободы информации была намечена целая программа действий. И следующим шагом стало заявление в Дзержинский районный суд о признании незаконным решения Центрального государственного архива литературы и искусства СПб (ЦГАЛИ) об отказе в доступе к листу 70 личного дела (фонд 371, опись 3, дело 350) писателя Григория Ильича Мирошниченко (1904–1985). Лист 70 архив упрятал в конверт, чтобы я не мог прочитать, что на нем написано.

В ответ я подал иск в суд. Впервые в истории России пользователь архива подал в суд заявление в связи с нарушением архивом ст. 25 закона "Об архивном деле в РФ", со ссылкой на которую лист 70 был закрыт.

Это личное дело поступило в архив из Ленинградского союза писателей после смерти Мирошниченко. Оно содержит автобиографии писателя, написанные в разные годы, творческие отчеты, характеристики, заявления о командировках и т.п. Я заинтересовался личностью и творчеством Мирошниченко в процессе работы над книгой, посвященной истории советской литературной повседневности, реконструируемой по знаковым стенограммам и личным делам писателей. Книгу я пишу исключительно на основе документов, в основном таких, до которых никто не дотрагивался и которые никто не публиковал, а персон, вокруг которых концентрируются события, стараюсь отбирать самых колоритных.

Григорий Мирошниченко был весьма колоритной личностью, в частности, в 1936–1938  годах он был секретарем парторганизации ленинградского отделения ССП – Союза советских писателей, активно писал ложные доносы, принял, например, участие в аресте Н.А. Заболоцкого, то есть в период "Большого террора" оказался главным специалистом по выявлению и обезвреживанию "врагов народа". Но был в центре внимания и в послевоенные годы, и в 1960-е – в частности, в 1964 году – на закрытом партсобрании разбиралось его персональное дело, и от этого разбирательства сюжетные нити потянулись в самые разные стороны – в тот же 1937 год, в 1949-й… Ненавидели его все, кто знал. Это был характернейший персонаж советской жизни – гнусный тип, которому дали власть над жизнью писателей.

В "Спасенной книге" Лев Друскин привел легенду, связанную с Мирошниченко: "В 37-ом году в Дом творчества “Коктебель” приехал парторг ленинградской писательской организации Григорий Мирошниченко — дюжий мужчина с хмурым казацким лицом. Он вышел к ужину, поставил перед собой бутылку водки, пил раз за разом, быстро опьянел и вдруг, резко отодвинув тарелку, поднялся. Все оглянулись.

— Простите, товарищи, — сказал он, — я должен вас покинуть. Я очень устал. Я боролся с врагами народа.

Он пошатнулся и уперся кулаками в скатерть.

— Я боролся с врагами народа, — повторил он. — Я приехал сюда отдохнуть. И что же я вижу?

Он обвел всех ненавидящим взглядом:

— Кругом одни враги народа. Не с кем за стол сесть!

В столовой повисла абсолютная тишина. Стоило ему захотеть, и назавтра арестовали бы любого. Он повернулся и угрюмо вышел".

пятница, 14 октября 2011 г.

Сам собою камень не бывает ни добром, ни злом

Валерий ГОРОБЧЕНКО, 
член областной комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий
14 октября 2011


Что такое «десталинизация» и для чего она нужна в нашей стране?

30 октября в России будет отмечаться День памяти жертв политический репрессий. Эта дата установлена постановлением Верховного Совета РСФСР от 18 октября 1991 года в память о голодовке узников мордовских и пермских лагерей, отметивших таким способом в 1974 году день политзаключённого. О том, что удалось за двадцать лет сделать для людей, пострадавших от политических репрессий, а что вылилось только в политизированные разговоры, размышляет член областной комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий Валерий ГОРОБЧЕНКО.

Вэтом году с подачи председателя правления Международного историко-просветительского, правозащитного и благотворительного общества «Мемориал» А. Рогинского и председателя президиума совета по внешней и оборонной политике С. Караганова вновь начались дискуссии о необходимости провести в стране «десталинизацию». Идея эта не нова. Она не раз поднималась на страницах СМИ, но как-то не находила должного внимания как у подавляющей массы населения, так и в верхних эшелонах власти. И вполне понятно почему: уж очень ещё много общего, связующего в экономическом, политическом, общественно-культурном и духовно-нравственном периоде между СССР и РФ. Это так, хотим ли мы того, или нет.

Приведу лишь наиболее характерный пример – историческое отношение граждан Советского Союза и Российской Федерации к Великой Отечественной войне. Для подавляющего большинства тех и других – это священный период в истории нашего государства, в прошлом, отметьте, коммунистического. Боевые и трудовые награды (ордена и медали, звания) той эпохи и сегодня не только не зазорно носить, а, наоборот, я бы отметил, что очень даже приветствуются как властью, так и гражданами России, потому что это почётные знаки отличия. До сих пор с воодушевлением и гордостью на праздниках воинской доблести поётся полюбившаяся песня, где есть такие слова: «фронтовики, наденьте ордена».

Но предвоенные и военные награды – явные символы трудовой и ратной героики эпохи сталинизма. Получается, что мы должны начисто предать забвению ордена и медали советского времени, доставшиеся людям потом и кровью? По-моему, – это верх неуважения к нашим дедам и прадедам, нашей истории!

Но оставим государственные символы. Спустимся на землю. В центре Ярославля, на Советской площади, возвышается здание областной администрации. Над крышей его гордо реют два флага – Российской Федерации и Ярославской области. На фасаде красуется чеканка: всем нам знакомый медведь с секирой – областной герб, а справа и слева от него вырисовываются барель­ефы с серпом и молотом: символикой советской власти. По замыслу господ Рогинского и Караганова, как я полагаю, эту коммунистическую символику тоже в срочном порядке необходимо зашлифовать.

Две улицы, находящиеся по обе стороны административного здания, Кирова и Нахимсона, а заодно и пересекающую их улицу Андропова, придётся переименовать, так как они увековечивают руководителей богопротивной советской власти. А что прикажете делать с мемориальными досками, укреплёнными на фасадах зданий этих же улиц, на которых представлены барельефы Нахимсона и Андропова? Разо­бъём? Свезём на свалку? Или отправим в музей города Ярославля в качестве фрагмента истории советской эпохи?

Но если это так, то в област­ном центре, других городах и поселениях немало найдётся улиц, площадей, скверов, которые потребуется переименовать. А что делать с многочисленными муниципальными библиотеками, где хранится несметное количество книг коммунистического периода, на страницах которых открыто прославляются коммунистическая идеология, советский образ жизни? Ведь это тоже своеобразный символ совет­ской эпохи. Может, сжечь их, чтобы не мозолили глаза, чтобы раз и навсегда был вырван из памяти наших соотечественников коммуно-социализм, в течение 70 лет препятствовавший продвижению нашей страны по пути демократии, процветания и благоденствия?

Не так нужно восстанавливать попранную при советской власти справедливость. Как один из бывших руководителей ярославского областного общества «Мемориал», я бы предложил сделать следующее.

Давно пора добиться от выс­шей российской власти – законодательной, исполнительной и судебной – расширения круга лиц, подлежащих политической реабилитации. И в первую очередь – тысяч и тысяч так называемых «кулаков», подвергшихся репрессиям по недоимкам из-за непомерных налогов, установленных репрессивной властью. Ведь одной из главных политических целей советской власти была ликвидация «мироеда-кулака» как класса. И потому сотни эшелонов с униженными, замордованными, ограбленными соотечественниками были под конвоем отправлены на поселение в Сибирь, на Дальний Восток и Крайний Север. И значительная часть этих семейств нашла на чужбине погибель. Законодатели так и не удосужились за многие годы реабилитировать ни в чём не повинных людей.

Пора добиться восстановления справедливости и в отношении другой категории людей – так называемых «социально опасных элементов», приговорённых к лагерям не судом, а приснопамятными «двойками», «тройками» и «особыми совещаниями». Сколько этих «элементов» было загублено за период «славных» строек коммунизма, ещё никто не подсчитал. Я знакомился с некоторыми «делами» подобного рода и кроме омерзения к носителям той власти и жалости к заключённым других эмоций они не вызывали.

Предлагаю вернуть на федеральный уровень социальное обеспечение оставшихся в живых жертв коммунистического террора, развязанного партией РСДРП – РКП(б) – ВКП(б) – КПСС. Думается, пора принять на государственном уровне и закон о статусе политических заключённых, которые были и будут, каким бы благонравным не представлялся правящий режим. В противном случае действующая Фемида по-прежнему будет судить правозащитников по уголовным статьям.

Я перечислил лишь самую малую толику из того, что требовалось бы, на мой взгляд, для реальной десталинизации.

А в конце хочу ещё раз обратить внимание на явную нелепицу, устроенную не так давно в Ярославле.

На стене мемориального комплекса, открытого ещё 20 лет назад на Леонтьевском кладбище и посвящённого памяти ВСЕХ жертв страшного периода коммунистического террора, в прошлом году вдруг были установлены новые плиты, текст которых вещает, что мемориальный комплекс посвящён не всем репрессированным, а лишь «30-х – начала 50-х годов» прошлого столетия. Таким образом, отказано в памяти пострадавшим и погибшим от большевизма с 1917-го и до 1930 года. То бишь «мятежникам» Ярославля, поднявшим восстание летом 1918 года, крестьянским отрядам «зелёных», сражавшимся на территории губернии с карательными войсками красногвардейцев и погибшим в неравном бою и т. д.

В «Северном крае» уже писалось об уничтожении памяти на мемориальном комплексе, но воз и ныне там. Ещё неутешительней картина во втором по величине городе Ярославской области – Рыбинске. Здесь размещалась одна из крупнейших в СССР сетей «исправительно-трудовых» лагерей – «Волголаг». Однако до сих пор здесь так и не возведён памятник бывшим политзаключённым, строившим Рыбинский и Угличский гидроузлы.

Ссылка: Сам собою камень не бывает ни добром, ни злом - "Северный край" (Ярославль)

вторник, 11 октября 2011 г.

"Мертвая дорога" унесла сотни жизней

Дмитрий ШУЛЬГИН
октябрь 2011

Эту железнодорожную магистраль вдоль Полярного круга от Салехарда до Игарки начали возводить в 1947 году и прекратили стройку со смертью Сталина в 1953-м. Работали здесь в страшных условиях Севера заключенные ГУЛАГа. Тысячи и тысячи узников остались лежать в этой земле. Среди десятков концлагерей был здесь и детский лагерь. Его разыскал корреспондент «Ямской слободы».

Белое безмолвие

Сижу в уазике перед закрытым шлагбаумом КПП автодороги Надым - Салехард. Время восемь утра, на улице минус сорок два. Мы едем на не так давно рассекреченную мёртвую дорогу, на один из участков стройки № 501 главного управления лагерей. Автозимник проходит как раз вдоль железной дороги, порой пересекая её, местами петляя между лагерных полусгнивших бараков.

- Скоро поедем, как только с трассы придет дежурная вахтовка. Если на дороге снежных заносов не будет, начнут пропускать до Аксарки, - в уютный, хорошо прогретый салон машины вваливается, кряхтя от мороза, водитель Сергей Прилепин. Спасибо друзьям из Надымдорстроя, откликнувшимся на просьбу свозить меня на пятьсот первую. Мне выделили машину с водителем, который горел желанием поехать мертвую железную дорогу, ему тоже хотелось увидеть свидетельства сталинской эпохи. У себя на работе Сергей даже умудрился раздобыть две пары охотничьих лыж, а вот ружьё брать я ему запретил, хотя нас предупреждали о росомахе.

В этом районе лесотундры каслают (кочуют) несколько совхозных бригад с оленями, поэтому вооруженному чужаку не будут рады. Я водителю своему так и сказал: - Аборигены - дети тундры, а мы с тобой к ним в гости пришли, давай хозяев уважать. Утром Сергей, как мы и договаривались, подъехал к гостинице раным-рано, нужно было еще в церковь зайти - к отцу Артемию под благословение. Коротко поговорив с батюшкой, собрались уходить, но тут ко мне тихонечко подошла подошла послушница храма. Не помню имени этой доброй женщины. Она сказала, что случайно услышала наш разговор со священником о поездке на дорогу, и, в частности, в лагерь, в котором содержали несовершеннолетних детей. Подала три большие свечи с просьбой оставить их зажженными в детском бараке и благословила, по-матерински шепча нам вослед: - Господи, спаси и сохрани!..