понедельник, 31 октября 2011 г.

Памяти жертв политических репрессий

Беседовал Алексей Семенов
30.10.2011


Сегодняшний день - трагическая дата в нашей истории. В этот день мы поминаем жертв политических репрессий. В Московской области было сконцентрировано наибольшее количество концлагерей с политзаключенными: Дмитлаг, Коммунарка, Бутовский полигон… Президент Межрегиональной общественной организации «Московская ассоциация жертв незаконных репрессий» Сергей Волков в эксклюзивном интервью рассказал Информационно-аналитическому порталу НовостиМО о том, как происходили репрессии в то страшное для страны время.

- Какова была причина создания отдельного полигона для расстрелов и захоронений под Москвой?

- Потому что там овраги были, куда людей можно хоронить. Затем и создали Бутовский полигон возле деревни Дрожжино Ленинского района. Крематории не справились бы с таким огромным потоком убитых, на московских кладбищах хоронить – так сразу разоблачат, да и места не хватило бы. Поэтому и был выделен специальный участок, где были овраги. Туда свозили трупы и бульдозерами заправляли. Это было дикое место, пустое, в лесу. Сама природа позволяла там тайно завозить людей и сбрасывать их туда.

- Сколько заключенных в нем находилось в подмосковных лагерях?

- Подмосковный Дмитлаг был самым большим сталинским концлагерем. Но надо учесть, что репрессии начались еще при Ленине, когда стали организовывать колхозы. Тем не менее, самые массовые и жестокие репрессии пришелся на время правления Сталина. С учетом раскулаченных и пострадавших лиц, от репрессий в стране в общей сложности пострадало около 40 млн человек. Правда, у коммунистов свои расчеты и они называют цифры меньше, в пределах 10 млн. Это все политика… Что касается Дмитлага, то точное количество жертв невозможно подсчитать. По одной из версий, общая численность заключенных, прошедших через него, составляла более 1 млн 200 человек. Для сравнения – в фашистском Бухенвальде было в 5 раз меньше. Одновременно в лагере содержалось около 190 тысяч человек. Это больше, чем в Освенциме.

- В чем была суть массовых расстрелов?

- Сталин ввел понятие «враг народа». Этот термин освобождал от необходимости доказательств вины человека. Таким образом, любой, кто был заподозрен во враждебных намерениях, а чаще всего -  просто оклеветан, мог быть подвергнут репрессиям с нарушением всяких норм законности. Понятие «враг народа» исключало возможность какой-либо идейной борьбы или выражения своего мнения по вопросам даже практического значения. Часто в отношении людей, выступающих против линии партии, не было достаточно серьезных оснований, чтобы их физически уничтожить. Для обоснования физического уничтожения таких людей и была введена формула «враг народа».

воскресенье, 30 октября 2011 г.

В Иркутске провели акцию памяти политических репрессированных в России

Михаил КЕДРОВ
30.10.2011

Хмурый день, ненастная погода, дождь со снегом вперемежку. Возле здания администрации города собралась не очень многочисленная кучка пожилых людей. Молодых мало. Ждут  автобусов, чтобы посетить  место захоронения их расстрелянных отцов, дедов, родственников. Тогда, в восемьдесят девятом, это захоронение просто повергло в шок.

Совсем рядом с Иркутском, в трех километрах, в лесу, неподалёку от посёлка Пивовариха были обнаружены тысячи человеческих останков. Они лежали в рвах-накопителях. Это  место  в 30-е годы было спецзоной НКВД. По восстановленным архивным документам, во рвах лежат останки более ТРИДЦАТИ ТЫСЯЧ репрессированных коммунистической системой.

Тридцать тысяч только тех, чьи фамилии, даты рождения, адреса установлены.  Но  не меньше и тех, о ком имеются обрывочные сведения, только дата ареста, обвинение, но  неизвестно место расстрела. Тогда наберется еще более устрашающая цифра - более шестидесяти тысяч политрепрессированных. И это  сведения только по Иркутской области!

Заведующая сектором по работе с населением отдела социальной помощи населению администрации города Иркутска, секретарь иркутской городской комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий Татьяна Громова сказала: «Это наши земляки, осужденные по решению особой тройки НКВД по Иркутской области, военного трибунала ЗабВО, спецколлегии Областного суда, Военной коллегии Верховного суда СССР. Это сельские труженики, высланные в Сибирь из западных районов страны в результате коллективизации. Это также сотни граждан, репрессированных за принадлежность к определенной национальности – немцы, ингуши, крымские татары, калмыки, чеченцы, балкары и т.д. Надо вспомнить слова Анны Ахматовой, что это было время, когда только мертвый  мог улыбаться…».

Гонимые правды ради…

Ксения Кириллова
30.10.2011

 
30 октября считается Днем памяти жертв политических репрессий [1]. Сегодня, когда все больше людей начинает идеализировать годы советской власти, наверное, особенно важно, оставив в стороне политические лозунги, вспомнить хотя бы несколько судеб и имен людей, попавших в воронку «лихого века».

«Заговорщики»

    «15 июня 1948 года меня арестовали… Я провела шесть месяцев в одиночке и получила приговор: 10 лет исправительно-трудовых лагерей. За первый месяц меня допрашивали 49 раз и совершенно не давали спать, потому что допрашивали по ночам, а днём не позволяли даже прислониться к стене. К концу месяца я от бессонницы уже перестала соображать, что к чему».

Это — отрывок из письма Генеральному секретарю Союза писателей СССР А.А. Фадееву Татьяны Волковой — школьной учительницы, редактора юбилейного собрания сочинений Л.Н. Толстого, обвиненной в причастности к «террористическому заговору» против советской власти.

Абсурдность такого обвинения очевидна, однако женщине-интеллигентке все же пришлось провести десять лет на Колыме, вдали от детей и любимой работы.

На некоторых местах массовых расстрелов сегодня до сих пор нет памятников.

12-й километр Московского тракта  города Екатеринбурга — одно из немногих мест, которое постоянно напоминает о судьбах миллионов соотечественников, безвинно пострадавших от рук большевистских палачей за свою веру, политические убеждения или просто социальную принадлежность. 
12-ый километр Московского тракта.
Фото: ekmemo.ru
В годы массовых репрессий погибли сотни тысяч уральцев. В их числе — руководители промышленных предприятий, общественных организаций, военнослужащие, учителя, врачи, рабочие, крестьяне, священнослужители. Со всей России на Урал, в учреждения ГУЛАГа, шли спецэшелоны с осужденными, многим из которых никогда не суждено было вернуться домой.

Сейчас на Среднем Урале проживает более 30 тысяч бывших политзаключенных. Ничто не в силах исправить их искалеченные судьбы, вернуть им молодость, силы, здоровье.

суббота, 29 октября 2011 г.

Уроки прошлого

Дмитрий Соколов
29.10.2011

Их необходимо помнить, чтобы никогда не повторить пройденного

Сегодня и завтра по всей стране пройдут мероприятия, посвященные Дню памяти жертв политических репрессий. В истории новой России скорбная дата будет отмечаться в 20-й раз. Ровно 20 лет назад был принят Федеральный закон «О реабилитации жертв политических репрессий», а День памяти благодаря президентскому указу вошел в российский политический календарь. Предтечей памятной даты стали события 1974 года, когда советские политзаключенные провели в мордовских и пермских колониях голодовки и акции протеста.

С клеймом врага народа

Наверное, нет такого уголка на территории России и бывшего Советского Союза, который обошли стороной политические репрессии 30–40-х годов и более позднего времени. Своего пика они достигли в 1937-1938-м годах, когда по политическим обвинениям было арестовано более 1,7 млн. человек, а вместе с осужденными «социально вредными элементами» и жертвами депортаций их число переваливает за два миллиона. Более 700 тысяч арестованных были казнены. В Рязанской области репрессиям подверглись все слои населения – рабочие, крестьяне, мелкие служащие, и, конечно же, интеллигенция, представлявшая главную угрозу авторитарному строю. Точную цифру погибших и пострадавших назвать сложно и сейчас.

По сведениям Рязанской ассоциации жертв политических репрессий, в областном центре проживают 288 человек, пострадавших от тоталитарного произвола. В основном это дети узников ГУЛАГа, осужденных по статье 58 УК РСФСР. Многие из них так и не дождались возвращения своих отцов, матерей, а большую часть своей молодости прожили с клеймом «детей врагов народа». 30 октября эти люди приходят к «Стене памяти на Скорбященском», чтобы возложить цветы к мемориальной доске и почтить память жертв репрессий.

Рукописи не горят

Среди тех, для кого 30 октября особенный день, – жительница Рязани Татьяна Борисовна Соколова.

Белые пятна истории, чёрные пятна судьбы

Наталья Тереб
29.10.2011

То, что нам пока неведомо из истории страны, мы называем белыми пятнами. Есть еще черные. Они появились в биографиях миллионов советских людей во времена произвола тоталитарного режима. За что? Об этом наш разговор с начальником отдела спецфондов и реабилитации жертв политических репрессий информационного центра Управления Министерства внутренних дел РФ по Тюменской области, подполковником Надеждой Велижаниной.

Уголки России: заполярная "столица мира"

Артур Приймак
28.10.2011

О Воркуте ходит слава города лагерей и уголовников. Сами воркутинцы именуют город любовно "заполярной кочегаркой". Есть у Воркуты и другое имя — "столица мира". Воркута — это город контрастов: следы ГУЛАГа и тундровые красоты, суровость климата и тепло человеческого сердца. Первый тост всегда "за Воркуту и воркутинцев", которые "бывшими не бывают".

Все помнят диалог из фильма "Джентльмены удачи": " — Воркута. — А почему Воркута? — А я там сидел". Советский фольклор сохранил за заполярным городом еще один нелестный эпитет: "угледобывающий и ЗЭКОотдыхающий". Журналист Владимир Ильин в своей книге "Власть и уголь" назвал Воркуту "городом-концлагерем". По его словам, дух лагеря в городе "был неистребим", несмотря на то что "большинство бывших зэков покинули Воркуту". Каждый, кто приезжал, "окунался в атмосферу, сформированную ГУЛАГом": бараки на фоне сталинского ампира, культ силы, всеобщая озлобленность. Язык, на котором общались все воркутинцы, даже интеллигенция, был всегда "перенасыщен матом и жаргоном".

Все, что описал Владимир Ильин, на самом деле есть. Но это уже реальность постсоветской Воркуты. Сам воркутинец лишний раз материться не станет. И тем более, не назовет свой город "концлагерем". Любой, кто здесь жил, именует Воркуту любовно: "заполярная кочегарка". И советует каждому хоть раз посетить этот необычный и красивый город, воздвигнутый в вечной мерзлоте. У "кочегарки" есть еще одно имя — "столица мира".

До того, как стать городом, Воркута была поселком из бараков. Еще раньше здесь простиралась Большеземельная тундра. Само слово "воркута" в переводе с ненецкого означает "медвежий угол". Русские поселенцы, издавна обживавшие Зырянский край, обходили это место стороной. Лето здесь короткое, зима тянется восемь месяцев. Тундровая почва круглый год скована вечной мерзлотой. Новгородцы, открывшие в XI веке архипелаг Новая Земля, посчитали Большеземельную тундру местом, где могут жить одни медведи. Вплоть до 30-х годов возле реки Воркута селились исключительно кочевые ненцы и коми. В 30-х здесь появились советские геологи во главе с Георгием Черновым.

На правом берегу реки Воркута стоит памятный крест. Здесь в 1931 году экспедиция Чернова нашла каменный уголь и начала разработку. 25 июля 1931 года геологи разбили лагерь. Большинство участников отряда было заключенными ГУЛАГа. Именно отсюда, с первого поселка, названного Рудник, началась история Воркуты.

пятница, 28 октября 2011 г.

Живу, помню, люблю…

Надежда Гришина
28.10.2011

30 октября - День памяти жертв политических репрессий

Старенький "Москвич" долго полз вверх по узкой рыжей грунтовой дороге, изъеденной потоками стекающей с сопки воды. А когда остановился на вершине и мы вышли из машины, сразу закружилась голова и заложило уши от резкого перепада атмосферного давления. Вид, открывшийся отсюда, поразил своей красотой. Внизу в изумрудно-зеленой долине стояло несколько строений, в том числе один двухэтажный дом из красного кирпича. Рядом, рукой подать, на мягкой траве у подножия лесистой сопки паслись отара овец, несколько бычков и жеребят. С другой стороны дороги, заканчивающейся у шлагбаума перед въездом на заставу, некогда стоял полуразрушенный домик последней коренной жительницы села Союзного Федосьи Домашенкиной и росло несколько старых груш. Эта женщина умерла несколько лет назад. А сегодня здесь двухэтажный дом - жилище единственного официально прописанного в селе человека - Владимира Васильевича Чернышова. Говорят, он переехал сюда из Озерного. Сейчас мужчине уже под 70. Он по-прежнему занимается выращиванием картофеля и разведением скота, только овец держит больше сотни. И, по всей видимости, не страдает от одиночества.

На родительский день на старое сельское кладбище, находящееся за линией инженерно-технических сооружений границы, а проще - за колючей проволокой, каждый год приезжает несколько семей, чьи родственники покоятся там, - Александровы, Приходько, Петуховы. Для Павла Сергеевича Петухова - директора профессионального училища № 7 в Амурзете, которому самому скоро исполнится 60 лет, каждая такая поездка - не только дань уважения памяти похороненных здесь родителей его отца и мамы - Феклы Ярославцевой - Степана и Марии Тырса, но и повод для воспоминаний о детстве, прошедшем именно здесь - в бывшей казачьей станице на берегах чистой речки Маньчжурки и ручья Поперечный.

Любить Дракона

Валерия Новодворская
24.10.2011 года

Евгений Львович Шварц — это не бронзовый классик, а очень современный странствующий рыцарь. Недавно до нас дошло, в какой печальной и злой сказке мы живем. Странствующий рыцарь Шварц, которого при жизни считали сказочником, забрел к нам, упорствующим в своей любви к Драконам. Ну что из того, что родился этот укротитель Драконов, Теней и Голых королей 21 октября 1896 года — 115 лет назад!

Не так много осталось Драконов на земле. Разве что вечный Фидель, Ким Чен Ир, Уго Чавес, Лукашенко и наш виртуальный Дракоша, который всегда без чинов, то есть без трех голов, без когтей, и ростом совсем не с церковь, и ходит без чешуи, разве что мотоциклетный шлем наденет. В нашей сказке голые премьеры не хуже, чем Голые короли, объявляют на съездах свое 12-летнее царствование, а убогие единороссы, не лучше шварцевских горожан, встают в едином холопском порыве и аплодируют стоя любой подлости, любой глупости. Тени у нас не знают свое место, а сидят в Думе и в драконовской администрации, а молодые юристы ломают все упования общественности и работают бургомистрами при Драконе. Учили этому всех, но именно Дмитрий Медведев, как шварцевский Генрих, оказался первым учеником. А людоеды у нас служат не только оценщиками в городском ломбарде, но и судьями, следователями, тюремными врачами из списка Магнитского.

"Поколения Драконов работали над нашими бедными душами, и последний Дракоша только напомнил, что наше место — у ног Теней"

Евгений Шварц жил, как Ланцелот, а шапкой-невидимкой ему служила его отчаянная храбрость. Он вслух говорил, что пишет все, кроме доносов, а кривое дерево публично называл холопом. Он помогал семье арестованного Заболоцкого, он никогда не упоминал о Сталине, и это в самые страшные годы. В 1934-м Шварц создает «Голого короля». Это год «кировского дела», когда сажают и высылают каждого четвертого интеллигента Питера. В 1940 году Шварц пишет «Тень», а в 1944-м — «Дракона». Это и были его вызовы на бой. Спектакли запрещали после первого же представления (смельчак и великий режиссер Николай Акимов ставил их в питерском Театре комедии). Но для ареста нужно было признать, что и Тень, и Дракон, и Голый король изображают не только Гитлера, но и Сталина. А на это не хватало мужества даже у следователей НКВД. Поэтому и Шварц, и Акимов уцелели.

Доживший до 1958 года драматург, гневный, усталый и бессильный волшебник, вызов которого Дракон так и не принял, перед смертью узнал, как кончаются его сказки в советской реальности. Ланцелоты не приходят, а Драконы умирают от инсульта своей смертью, а после их адъютанты и пособники объявляют себя драконоборцами, и прекрасные Эльзы, то есть интеллигенция, не только охотно идут с ними под венец, но и ставят им красивые памятники на Новодевичьем кладбище. Шварц написал страшную правду: Драконов у нас любят. Разве не слышим мы каждый день с экрана: чудушко-юдушко, душечка-цыпочка, летун-хлопотун! И разве мы не видим, как работает драконья команда: «Разрубишь тело пополам — человек околеет. А душу разорвешь — станет послушней, и только… Безрукие души, безногие души, глухонемые души, цепные души, легавые души, окаянные души… дырявые души, продажные души, прожженные души, мертвые души…» Вот и весь секрет. Поколения Драконов работали над нашими бедными душами, и последний Дракоша только напомнил, что наше место — у ног Теней.

Но Шварц оставил нам и рецепт, как обеспечить сказке счастливый конец. Кричать, что король — голый, говорить: «Тень! Знай свое место», не любить Дракона, а убивать его в себе и других. Быть девятнадцать раз раненным легко, пять раз — тяжело и три раза — смертельно, как Ланцелот. Идти на смерть, как Ученый. «Ведь, чтобы победить, надо идти и на смерть».

Ссылка: Любить Дракона - Новое Время

Кто старое забудет, тому — что же?

Дмитрий Дорошко
27.10.2011

Группа членов Воскресенского малого православного братства и студентов Свято-Филаретовского института посетила Свято-Екатерининский мужской монастырь.

Каждому отдельному человеку и даже целому народу, к сожалению, свойственно забывать. За забвением следует незнание, а им часто оправдываются безответственность, бездействие и равнодушие. Но история этому не учит, ее уроки о другом: она нужна, чтобы помнили. Нам говорят, «кто старое помянет, тому глаз вон», но при этом забывают продолжение этой поговорки — «кто забудет — тому оба!». Слепота, то есть забвение, не приносит человеку счастья, а покаяние приносит.

30 октября — День памяти жертв политических репрессий. Вспоминая историю, группа членов Воскресенского малого православного братства отправилась в город Видное, рядом с Москвой. Здесь, в Ермолинской березовой роще находится Свято-Екатерининский мужской монастырь. У ворот нас встретил послушник Виктор, его силами здесь поддерживается музей, посвященный истории монастыря. В небольшой комнате собраны документы, фотографии, рисунки… От него мы услышали интересный рассказ.

среда, 26 октября 2011 г.

Проводник в «царство мёртвых»

Инна ПАЛЬШИНА
26.10.2011

Страшную тайну о том, где находятся «могилы» тысяч расстрелянных, Александр Александров открыл ещё в семидесятых годах.
Александр Александров
Фото: Инна ПАЛЬШИНА





Несколько километров от Иркутска, окрестности деревни Пивовариха. 30 октября, в День памяти жертв политических репрессий, сюда приедут сотни людей. А пока вокруг тихо, и далеко слышно, как по бетонным плитам дорожки стучит трость. Это Александр Леонидович - наш «Харон» - проводит экскурсию по «царству мёртвых». 22 года назад благодаря иркутянину появился уникальный мемориал репрессированным землякам, первый в стране и единственный в своём роде.

Уникален памятник тем, что он был официально признан ещё в бытность Советского Союза, как бы невообразимо сегодня это ни звучало. Теперь это место носит сразу два статуса - по закону оно считается и кладбищем, и памятником культуры местного значения. Большинства таких захоронений в нашей стране до сих пор не существует на бумаге, поясняет Александр Александров.

Возвращённые из небытия

По правую руку от нас - ровная поляна с пожухлой травой. На самом деле это несколько рвов-накопителей, в которых - чьи-то расстрелянные отцы, деды, прадеды… 15-17 тысяч безвинно убитых людей (точные цифры до сих пор неизвестны) лежат здесь под тонким слоем земли - местами не больше двадцати сантиметров. Впрочем, слово «ров» выдумано потомками, объясняет нам Александр Леонидович. На самом деле, могилами служили огромные воронки от взрывов.

Перед поляной - гранитный монумент иркутского скульптора Виталия Смагина - переломленная красноватая балка и надпись: «Помни, Родина, нас, всех, кто погиб невинно. Будь милосердна и возврати нас из небытия». Слова принадлежат иркутскому поэту Марку Сергееву. Рядом с монументом - деревянный крест, одна из сотен печальных историй. Его поставили иркутские авиаторы в память о расстрелянных здесь коллегах. Планировалось, что чёрный крест будет возвышаться над деревьями, но жизнь внесла коррективы - крест получился невысокий и жёлтый.

вторник, 25 октября 2011 г.

Тайны архивного двора

Михаил Золотоносов
24.10.2011


Текст, который надо выделить

О первом шаге на пути к тайнам наших архивов я писаллетом этого года. Речь тогда шла о судебном разбирательстве по моему заявлению о снятии грифа "Для служебного пользования" с "Типового положения о порядке рассекречивания и продления сроков заскречивания архивных документов". Вполне в советском духе документ, посвященный рассекречиванию, сам был засекречен (точнее, сделан документом для служебного пользования).

По решению Калининского районного суда Санкт-Петербурга (судья М.С.Кондрашева), гриф был снят, документ стал открытым, решение вступило в законную силу 12 июля 2011 года. Это был беспрецедентный случай – впервые в истории постсоветской России суд снял ограничительный гриф с документа.

Секретный  лист 70 И мое заявление в суд

Однако это был лишь первый шаг. Совместно с юристами Института развития свободы информации была намечена целая программа действий. И следующим шагом стало заявление в Дзержинский районный суд о признании незаконным решения Центрального государственного архива литературы и искусства СПб (ЦГАЛИ) об отказе в доступе к листу 70 личного дела (фонд 371, опись 3, дело 350) писателя Григория Ильича Мирошниченко (1904–1985). Лист 70 архив упрятал в конверт, чтобы я не мог прочитать, что на нем написано.

В ответ я подал иск в суд. Впервые в истории России пользователь архива подал в суд заявление в связи с нарушением архивом ст. 25 закона "Об архивном деле в РФ", со ссылкой на которую лист 70 был закрыт.

Это личное дело поступило в архив из Ленинградского союза писателей после смерти Мирошниченко. Оно содержит автобиографии писателя, написанные в разные годы, творческие отчеты, характеристики, заявления о командировках и т.п. Я заинтересовался личностью и творчеством Мирошниченко в процессе работы над книгой, посвященной истории советской литературной повседневности, реконструируемой по знаковым стенограммам и личным делам писателей. Книгу я пишу исключительно на основе документов, в основном таких, до которых никто не дотрагивался и которые никто не публиковал, а персон, вокруг которых концентрируются события, стараюсь отбирать самых колоритных.

Григорий Мирошниченко был весьма колоритной личностью, в частности, в 1936–1938  годах он был секретарем парторганизации ленинградского отделения ССП – Союза советских писателей, активно писал ложные доносы, принял, например, участие в аресте Н.А. Заболоцкого, то есть в период "Большого террора" оказался главным специалистом по выявлению и обезвреживанию "врагов народа". Но был в центре внимания и в послевоенные годы, и в 1960-е – в частности, в 1964 году – на закрытом партсобрании разбиралось его персональное дело, и от этого разбирательства сюжетные нити потянулись в самые разные стороны – в тот же 1937 год, в 1949-й… Ненавидели его все, кто знал. Это был характернейший персонаж советской жизни – гнусный тип, которому дали власть над жизнью писателей.

В "Спасенной книге" Лев Друскин привел легенду, связанную с Мирошниченко: "В 37-ом году в Дом творчества “Коктебель” приехал парторг ленинградской писательской организации Григорий Мирошниченко — дюжий мужчина с хмурым казацким лицом. Он вышел к ужину, поставил перед собой бутылку водки, пил раз за разом, быстро опьянел и вдруг, резко отодвинув тарелку, поднялся. Все оглянулись.

— Простите, товарищи, — сказал он, — я должен вас покинуть. Я очень устал. Я боролся с врагами народа.

Он пошатнулся и уперся кулаками в скатерть.

— Я боролся с врагами народа, — повторил он. — Я приехал сюда отдохнуть. И что же я вижу?

Он обвел всех ненавидящим взглядом:

— Кругом одни враги народа. Не с кем за стол сесть!

В столовой повисла абсолютная тишина. Стоило ему захотеть, и назавтра арестовали бы любого. Он повернулся и угрюмо вышел".

пятница, 14 октября 2011 г.

Сам собою камень не бывает ни добром, ни злом

Валерий ГОРОБЧЕНКО, 
член областной комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий
14 октября 2011


Что такое «десталинизация» и для чего она нужна в нашей стране?

30 октября в России будет отмечаться День памяти жертв политический репрессий. Эта дата установлена постановлением Верховного Совета РСФСР от 18 октября 1991 года в память о голодовке узников мордовских и пермских лагерей, отметивших таким способом в 1974 году день политзаключённого. О том, что удалось за двадцать лет сделать для людей, пострадавших от политических репрессий, а что вылилось только в политизированные разговоры, размышляет член областной комиссии по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий Валерий ГОРОБЧЕНКО.

Вэтом году с подачи председателя правления Международного историко-просветительского, правозащитного и благотворительного общества «Мемориал» А. Рогинского и председателя президиума совета по внешней и оборонной политике С. Караганова вновь начались дискуссии о необходимости провести в стране «десталинизацию». Идея эта не нова. Она не раз поднималась на страницах СМИ, но как-то не находила должного внимания как у подавляющей массы населения, так и в верхних эшелонах власти. И вполне понятно почему: уж очень ещё много общего, связующего в экономическом, политическом, общественно-культурном и духовно-нравственном периоде между СССР и РФ. Это так, хотим ли мы того, или нет.

Приведу лишь наиболее характерный пример – историческое отношение граждан Советского Союза и Российской Федерации к Великой Отечественной войне. Для подавляющего большинства тех и других – это священный период в истории нашего государства, в прошлом, отметьте, коммунистического. Боевые и трудовые награды (ордена и медали, звания) той эпохи и сегодня не только не зазорно носить, а, наоборот, я бы отметил, что очень даже приветствуются как властью, так и гражданами России, потому что это почётные знаки отличия. До сих пор с воодушевлением и гордостью на праздниках воинской доблести поётся полюбившаяся песня, где есть такие слова: «фронтовики, наденьте ордена».

Но предвоенные и военные награды – явные символы трудовой и ратной героики эпохи сталинизма. Получается, что мы должны начисто предать забвению ордена и медали советского времени, доставшиеся людям потом и кровью? По-моему, – это верх неуважения к нашим дедам и прадедам, нашей истории!

Но оставим государственные символы. Спустимся на землю. В центре Ярославля, на Советской площади, возвышается здание областной администрации. Над крышей его гордо реют два флага – Российской Федерации и Ярославской области. На фасаде красуется чеканка: всем нам знакомый медведь с секирой – областной герб, а справа и слева от него вырисовываются барель­ефы с серпом и молотом: символикой советской власти. По замыслу господ Рогинского и Караганова, как я полагаю, эту коммунистическую символику тоже в срочном порядке необходимо зашлифовать.

Две улицы, находящиеся по обе стороны административного здания, Кирова и Нахимсона, а заодно и пересекающую их улицу Андропова, придётся переименовать, так как они увековечивают руководителей богопротивной советской власти. А что прикажете делать с мемориальными досками, укреплёнными на фасадах зданий этих же улиц, на которых представлены барельефы Нахимсона и Андропова? Разо­бъём? Свезём на свалку? Или отправим в музей города Ярославля в качестве фрагмента истории советской эпохи?

Но если это так, то в област­ном центре, других городах и поселениях немало найдётся улиц, площадей, скверов, которые потребуется переименовать. А что делать с многочисленными муниципальными библиотеками, где хранится несметное количество книг коммунистического периода, на страницах которых открыто прославляются коммунистическая идеология, советский образ жизни? Ведь это тоже своеобразный символ совет­ской эпохи. Может, сжечь их, чтобы не мозолили глаза, чтобы раз и навсегда был вырван из памяти наших соотечественников коммуно-социализм, в течение 70 лет препятствовавший продвижению нашей страны по пути демократии, процветания и благоденствия?

Не так нужно восстанавливать попранную при советской власти справедливость. Как один из бывших руководителей ярославского областного общества «Мемориал», я бы предложил сделать следующее.

Давно пора добиться от выс­шей российской власти – законодательной, исполнительной и судебной – расширения круга лиц, подлежащих политической реабилитации. И в первую очередь – тысяч и тысяч так называемых «кулаков», подвергшихся репрессиям по недоимкам из-за непомерных налогов, установленных репрессивной властью. Ведь одной из главных политических целей советской власти была ликвидация «мироеда-кулака» как класса. И потому сотни эшелонов с униженными, замордованными, ограбленными соотечественниками были под конвоем отправлены на поселение в Сибирь, на Дальний Восток и Крайний Север. И значительная часть этих семейств нашла на чужбине погибель. Законодатели так и не удосужились за многие годы реабилитировать ни в чём не повинных людей.

Пора добиться восстановления справедливости и в отношении другой категории людей – так называемых «социально опасных элементов», приговорённых к лагерям не судом, а приснопамятными «двойками», «тройками» и «особыми совещаниями». Сколько этих «элементов» было загублено за период «славных» строек коммунизма, ещё никто не подсчитал. Я знакомился с некоторыми «делами» подобного рода и кроме омерзения к носителям той власти и жалости к заключённым других эмоций они не вызывали.

Предлагаю вернуть на федеральный уровень социальное обеспечение оставшихся в живых жертв коммунистического террора, развязанного партией РСДРП – РКП(б) – ВКП(б) – КПСС. Думается, пора принять на государственном уровне и закон о статусе политических заключённых, которые были и будут, каким бы благонравным не представлялся правящий режим. В противном случае действующая Фемида по-прежнему будет судить правозащитников по уголовным статьям.

Я перечислил лишь самую малую толику из того, что требовалось бы, на мой взгляд, для реальной десталинизации.

А в конце хочу ещё раз обратить внимание на явную нелепицу, устроенную не так давно в Ярославле.

На стене мемориального комплекса, открытого ещё 20 лет назад на Леонтьевском кладбище и посвящённого памяти ВСЕХ жертв страшного периода коммунистического террора, в прошлом году вдруг были установлены новые плиты, текст которых вещает, что мемориальный комплекс посвящён не всем репрессированным, а лишь «30-х – начала 50-х годов» прошлого столетия. Таким образом, отказано в памяти пострадавшим и погибшим от большевизма с 1917-го и до 1930 года. То бишь «мятежникам» Ярославля, поднявшим восстание летом 1918 года, крестьянским отрядам «зелёных», сражавшимся на территории губернии с карательными войсками красногвардейцев и погибшим в неравном бою и т. д.

В «Северном крае» уже писалось об уничтожении памяти на мемориальном комплексе, но воз и ныне там. Ещё неутешительней картина во втором по величине городе Ярославской области – Рыбинске. Здесь размещалась одна из крупнейших в СССР сетей «исправительно-трудовых» лагерей – «Волголаг». Однако до сих пор здесь так и не возведён памятник бывшим политзаключённым, строившим Рыбинский и Угличский гидроузлы.

Ссылка: Сам собою камень не бывает ни добром, ни злом - "Северный край" (Ярославль)

вторник, 11 октября 2011 г.

"Мертвая дорога" унесла сотни жизней

Дмитрий ШУЛЬГИН
октябрь 2011

Эту железнодорожную магистраль вдоль Полярного круга от Салехарда до Игарки начали возводить в 1947 году и прекратили стройку со смертью Сталина в 1953-м. Работали здесь в страшных условиях Севера заключенные ГУЛАГа. Тысячи и тысячи узников остались лежать в этой земле. Среди десятков концлагерей был здесь и детский лагерь. Его разыскал корреспондент «Ямской слободы».

Белое безмолвие

Сижу в уазике перед закрытым шлагбаумом КПП автодороги Надым - Салехард. Время восемь утра, на улице минус сорок два. Мы едем на не так давно рассекреченную мёртвую дорогу, на один из участков стройки № 501 главного управления лагерей. Автозимник проходит как раз вдоль железной дороги, порой пересекая её, местами петляя между лагерных полусгнивших бараков.

- Скоро поедем, как только с трассы придет дежурная вахтовка. Если на дороге снежных заносов не будет, начнут пропускать до Аксарки, - в уютный, хорошо прогретый салон машины вваливается, кряхтя от мороза, водитель Сергей Прилепин. Спасибо друзьям из Надымдорстроя, откликнувшимся на просьбу свозить меня на пятьсот первую. Мне выделили машину с водителем, который горел желанием поехать мертвую железную дорогу, ему тоже хотелось увидеть свидетельства сталинской эпохи. У себя на работе Сергей даже умудрился раздобыть две пары охотничьих лыж, а вот ружьё брать я ему запретил, хотя нас предупреждали о росомахе.

В этом районе лесотундры каслают (кочуют) несколько совхозных бригад с оленями, поэтому вооруженному чужаку не будут рады. Я водителю своему так и сказал: - Аборигены - дети тундры, а мы с тобой к ним в гости пришли, давай хозяев уважать. Утром Сергей, как мы и договаривались, подъехал к гостинице раным-рано, нужно было еще в церковь зайти - к отцу Артемию под благословение. Коротко поговорив с батюшкой, собрались уходить, но тут ко мне тихонечко подошла подошла послушница храма. Не помню имени этой доброй женщины. Она сказала, что случайно услышала наш разговор со священником о поездке на дорогу, и, в частности, в лагерь, в котором содержали несовершеннолетних детей. Подала три большие свечи с просьбой оставить их зажженными в детском бараке и благословила, по-матерински шепча нам вослед: - Господи, спаси и сохрани!..

суббота, 8 октября 2011 г.

Тайна забытой картины

Нина Доронина
06.10.2011



Из выставки в районном доме культуры вырос полноценный музей

Поселок Ванино становится значимым культурным центром региона. В нем совсем скоро вместе с общественным и школьным музеями начнет работать краеведческий, появится памятник герою Великой Отечественной войны, бывшему заключенному рабочей зоны Ванинского исправительно-трудового лагеря Александру Маринеско.

Понять, принять и сохранить непростую историю поселка при порте на побережье Татарского пролива землякам помогают энтузиасты.

Доклад на "Пояркове"

По неспокойному сентябрьскому Амуру теплоход "Василий Поярков" шел без напряжения, двигатель работал мерно и нешумно. Его ритмичное бормотание потихоньку усыпляло собравшуюся в салоне верхней палубы публику. Там подходил к завершению третий день расширенного заседания президиума Союза музеев России. Участники, руководители самых известных музейных собраний страны во главе с директором Эрмитажа Михаилом Пиотровским, устав от смены докладчиков, впечатлений и часовых поясов, подводили дискуссию к логическому финалу. И тут заключительную скороговорку секретаря прервала песня.

- Я помню тот Ванинский порт

И дым пароходов угрюмый,

Как шли мы по трапу на борт

В холодные, мрачные трюмы, 
- пела звонким, каким-то пионерским голосом темноволосая энергичная женщина.

Ареопаг оторопело улыбнулся.

- Это строчки одной из самых известных и чтимых песен зэков сталинских лагерей, - частила выступающая, стараясь говорить так же изысканно, как только что изъяснялись мэтры, но то и дело сбиваясь на просторечие. - К сожалению, автор первоначального канонического текста песни до сих пор не известен. Есть много разных вариантов текста, но первый куплет всегда неизменен. Через Ванинский транзитно-пересыльный лагерь в период с 1947 по 1952 год прошло около 300-400 тысяч заключенных. Примерно треть из них - политзаключенные. Людская молва увеличила эту цифру до миллиона человек, называла в числе зэков самых различных знаменитых людей. И как же нам в таком месте без музея? Вот я и начала работать.

вторник, 4 октября 2011 г.

У столицы Коми появился свой путеводитель политических репрессий

04.10.2011

Тысяча экземпляров уникального издания «Топография террора» поступила сегодня в Сыктывкар. Тираж, отпечатанный в Красноярске, разойдется по библиотекам, органам власти, туристическим фирмам.


Как рассказал БНКоми сопредседатель правления Коми республиканского общественного фонда «Покаяние» Михаил Рогачев, ежегодно в республику приезжает несколько десятков потомков репрессированных и погибших на территории Коми узников ГУЛАГа. Многие приезжают самостоятельно. Неделю назад историку раздался звонок с сыктывкарского автовокзала. Вопрос, прозвучавший в трубке, был весьма неожиданным: «Скажите, как проехать до Локчимлага?» Кировчанину - потомку репрессированного Рогачев по телефону «на пальцах» описал окрестности поселка Аджерома Корткеросского района, где были сконцентрированы лагеря Локчимлага, а впредь посоветовал сообщать о приезде заранее.

По мнению историка, путеводитель поможет приезжим самостоятельно сориентироваться в столице, а сыктывкарским экскурсоводам организовать тематическую экскурсию «По местам ГУЛАГа».

Сыктывкар стал одним из первых городов, который вошел в новую серию путеводителей «Топография террора», которую выпускает международное историко-просветительское, правозащитное и благотворительное общество «Мемориал». На сегодня выпущены три пробных путеводителя - по Комсомольску-на-Амуре, Красноярску, Сыктывкару и Рязани, все их удалось издать в сжатые сроки. Сыктывкар вошел в первую тройку изданий, поскольку весь материал был уже собран сопредседателем фонда.

По словам Михаила Рогачева, «Покаяние» планирует подготовить подобный проект по всем городам республики.

В книгу вошли архивные фотографии и исторические справки о зданиях органов власти, тюрьмах, управлениях лагерей, находящихся в Сыктывкаре в годы сталинских репрессий. Кроме того, в путеводителе можно увидеть и здания современных силовых и охранных структур.

* В 1929 году Коми стала одним из первых регионов, где появились исправительно-трудовые лагеря (ИТЛ). В 1930-50-х годах сеть лагерей охватила практически все северные и центральные районы Коми.

Ссылка: У столицы Коми появился свой путеводитель политических репрессий - АЭИ "БНКоми"

понедельник, 3 октября 2011 г.

Он начинал Магадан


Владимир Скачко
03.10.2011


…Судьба у этого человека удивительная. Он жил необычно и погиб так же. Почти по гениальному чеховскому предвидению: 29 августа 1932 года винчестер, притороченный к его лошади, саморазрядился, и пули смертельно ранили всадника. Там, в бухте Амбарчик Колымского залива Восточно-Сибирского моря, в 20 километрах от поселка с тем же названием Амбарчик, он умер и был похоронен. Был ли выстрел неслучайным, никто тогда не разбирался. Не до того было – страна быстро и решительно приступила к освоению своего забытого и забитого Севера, чтобы взять из его кладовых золото, олово, редкие металлы…
…Их требовала индустриализация, а значит, ни средств, ни людей не жалели. Тогда к этому в СССР уже начали привыкать. А звали этого человека Карл Янович Лукс (иногда Люкс). И оружие в его жизни играло не последнюю роль…

Карл Янович Лукс
 …Сейчас в поселке Амбарчик постоянно живут лишь два человека. На работающей там метеостанции. А до Великой Отечественной войны и сразу после нее в бухте Амбарчик были крупный торговый порт, полярная станция, открытая почти одновременно с ним – в 1935 году. В самом поселке Амбарчик во время навигации жило несколько тысяч человек. Но это был не простой поселок, а огромный концлагерь, настоящий «риф» «архипелага ГУЛАГ», входящий в систему «Дальстроя». Там находилась пересылка политических и уголовных ссыльных, откуда они доставлялись в места постоянного заключения по бассейнам северных рек: Колымы, Оленека, Индигирки, Олекмы, Анабара, Яны, Ямы, Магаданки…

…Колыма и Магаданка… Только этих двух названий достаточно для понимания и полного представления о том, где и как работал Лукс. И что пусть и опосредствовано, но связывает его с Украиной. Магаданка и сейчас протекает по центру Магадана, города, который вошел в историю нашей бывшей общей Родины и в сознание ее старших по возрасту граждан как «столица Колымского края». Места, где погибли десятки, если не сотни тысяч заключенных. В том числе, и из Украины. А упомянутый выше Лукс начинал Магадан…

воскресенье, 2 октября 2011 г.

Дрова забвения

Сергей Баблумян,
Москва
01.10.2011


Рудольф Гесс, второй после фюрера в гитлеровской Германии, летом текущего года прекратил свое существование в виде распадающегося органического соединения и переместился в иное пространство: останки знатного фашиста извлекли из могилы, сожгли и развеяли над просторами мирового океана. Все, финиш, капут, забудьте!
Меж тем бесславному выбросу партайгеноссе в верхние слои воздушной атмосферы предшествовали и другие действия санитарно-предупредительного характера. Сравнена с землей могила гитлеровца в Вунзиделе, родовом имении Гесса, ликвидирована вилла в Райхольдгрюне, разбит на куски надгробный камень с указанием имени, даты рождения и смерти, в Шотландии снесен памятник, поставленный на месте, где в 1941 приземлился Гесс. Все! Точка. Выкиньте из головы, не засоряйте память, представление окончено, занавес!
Из всего этого следует, что борьба с последствиями культа одного из самых омерзительных личностей Германии продолжается, хотя, казалось бы, нет человека — нет проблемы. Но не все так просто. Фашизм увещеваниями не лечат, фашизм уничтожают буквально, громят, испепеляют — только тогда он сгорает мутным пламенем. Казалось, зачем сжигать останки старика в возрасте девяноста трех лет, страдавшего по некоторым данным психическим расстройством и повесившемся 17 августа 1987 г. на электрическом шнуре в домике тюремного садовника? А вот зачем: как противодействие немецким и европейским неонацистам, для которых могила “мученика” Гесса стала местом паломничества. Власти и граждане города Вунзидель, где всего-то десять тысяч жителей, надеются, что с исчезновением последних земных следов Гесса их городок обретет покой.
Другая история с известным душегубом, которого одни дружно проклинали, а другие тоже видели в гробу, но одновременно учили детишек распевать: “Я маленькая девочка, играю и пою, я Сталина не видела, но я его люблю...” Так вот, Сталин уже почти шестьдесят лет не с нами, а покоя в стране как не было, так и нет. Да, людоеда из Мавзолея вынесли, зато закопали под кремлевской стеной. Сталинизм осудили, но он вывернулся и здравствует в виде махрового национализма. Монументы тирану снесли, однако он переметнулся на лобовые стекла автомашин с грузинскими номерами. (И что интересно: не только с грузинскими — это еще как-то можно объяснить, но еще и олухов царя небесного из Армении.)
А тем временем удивительно резво для победившей фашизм страны то тут, то там, в десятках городов и сел современной России начали возвращать на пьедесталы усатых истуканов в шинели. И это тоже трудно понять.

Покажите мне такую страну, где славят тирана,
Где победу в войне над собой отмечает народ,
Покажите мне такую страну, где каждый обманут,
Где назад — означает вперед, и наоборот.
(из песни Игоря Талькова “Глобус”)

...К чему веду разговор? В одном случае со злом борются на словах, в другом, как в Германии, делом. Не пугаясь упреков в переборе, излишней жесткости или чрезмерном радикализме в подавлении зла. А иначе нельзя. Иначе — не получится. Желаете праздновать день рождения “дедушки Гитлера”, хотите вскидывать в приветствии руку, есть желание орать “Зиг-хайль”, калечить и убивать “чурок” — пожалуйста. Но вот вам тюрьма (а в некоторых случаях пожизненное заключение), вот — поражение в гражданских правах, вот многотысячные антинацистские демонстрации (как недавно в Норвегии) и других странах, где младофашистам не дают спуска, а на выжигание коричневого прошлого из памяти не жалеют дров.
Эти же манифестации одновременно предупреждение власти, когда она исповедует непротивление злу насилием или театрально воинственна по форме, но абсолютно беспомощна по существу. В таком случае польза от нее бывает так же мала, как точка в конце этого предложения.

P.S. Международная хакерская группировка “Анонимы” взломала микроблог Брейвика, чтоб уничтожить память о норвежском террористе. Посты террориста удалены, остались только сообщения о том, что Андерс Брейвик — “мерзкий больной ублюдок” и призывы забыть человека, который, на взгляд хакеров, не является ни маньяком, ни монстром, а он всего лишь пустое место, недостойное внимания.


Ссылка: Дрова забвения - Новое время (Ереван)

суббота, 1 октября 2011 г.

Право на опознание

Галина Паперная
30 сентября 2011

В новом здании центра «Мемориал» можно увидеть 70 тысяч дел жертв репрессий

Десятки тысяч семей в России по сей день не знают, где, когда и при каких обстоятельствах закончили жизнь их предки ставшие жертвами сталинского «большого террора» и более поздних политических репрессий. В пятницу, 29 сентября, в Москве открылся новый общедоступный центр благотворительного историко-просветительского общества «Мемориал» - здесь все желающие могут прояснить судьбу своих близких или оценить то или иное историческое событие, основываясь исключительно на описывающих его документах.