четверг, 9 августа 2012 г.

Он покорял Антарктиду

Александр Пьянзин
Опубликовано на сайте газеты "Известия Мордовии" 9 августа 2012 г.

В первой половине этого года в ряде мордовских печатных изданий появились публикации, посвященные полярному исследователю, принимавшему участие во второй антарктической экспедиции (1912-1913) англичанина Роберта Скотта, уроженцу Сахалина Дмитрию Гирёву. Казалось бы, при чем тут экспедиция, Сахалин, какая связь между этими событиями и топонимами и Мордовией? А связь самая прямая. По законам того времени Дмитрий вынужден был жить под фамилией своей матери, тогда как по отцу он принадлежал к судосевской ветке рода Космачевых.

Дмитрий Гирёв и его мордовские корни


Дмитрий Гирёв вошел в историю как первый русский покоритель шестого континента, ступивший на землю неизвестного континента, чему есть масса документальных свидетельств. Произошло это событие 101 год назад, в январе 1911 г.

Его имя, так же, как имена многих других безвестных героев XX века, долгое время находилось в забвении. Эту историю взялся раскопать известный журналист, ныне заместитель министра печати и информации РМ Анатолий Столяров. Интерес к теме у него возник еще в 1982 г., когда Столяров, тогда еще начинающий сотрудник «Молодого ленинца», получил задание выяснить, есть ли у кого-нибудь из участников знаменитой экспедиции «Восток», потерпевшей крушение и в течение семи месяцев веддущей борьбу за выживание в жутких условиях Антарктиды, мордовские корни. К сожалению, среди тех зимовщиков наших земляков не оказалось. Но примерно в то же время в редакцию газеты обратился житель Мордовии Петр Космачев, работавший следователем районной прокуратуры. В разговоре с журналистом он коснулся подвига «востоковцев» и вдруг неожиданно заявил: «А вы знаете, что Мордовия может гордиться тем, что среди первооткрывателей южного континента есть и ее сын. В нашем роду ходит легенда о Дмитрии Гирёве, который одним из первых ступил на землю Антарктиды». О Гирёве он слышал от своего отца, который был ровесником нашего героя.

В своей работе Анатолий Столяров опирался на целый комплекс источников: данные архивов, свидетельства авторитетных исследователей и личные воспоминания земляков рода Космачевых, почерпнутые в беседах с жителями села Судосево. Фамилия Космачевых и сейчас распространена в Большеберезниковском и Кочкуровском районах Мордовии, поэтому мордовское происхождение предков покорителя Антарктиды можно считать делом доказанным.   

Семья

Родился Дмитрий Гирёв 1 (13 по н. ст.) июня 1889 г. на острове Сахалин, который в те времена имел примерно ту же славу, какую в наши годы имеет Дубравлаг. Отец  Матвей Иванович Космачёв был столяром, сослан на Сахалин из Саратовской губернии; мать  Евдокия Семёновна Гирёва сослана из Пермской губернии.

По имеющимся у нас данным, отец Дмитрия Гирёва Матвей Космачев происходил из крестьян села Судосево Корсунского уезда Симбирской губернии (ныне – Большеберезниковский район Мордовии) и родился в 1860 г. После оглашения царского Манифеста 19 февраля 1861 г. об отмене крепостного права во многих местах в России с новой силой вспыхнули крестьянские волнения. Царская реформа породила множество проблем, от которых, в первую очередь, пострадали крестьяне Черноземья и Поволжья. Помещики отрезали у них самые «жирные» участки, переселяли на неплодородные земли, лишали выпасов, лесов, водоёмов, загонов и других необходимых каждому крестьянину угодий. Вынужденная искать лучшей доли семья Космачевых в 1863 г. переехала в село Широкое Саратовской губернии. Там Матвей, по версии Анатолия Столярова, мог удариться в народничество, и, видимо, оказался замешанным в какую-то историю, которая и привела его в конечном итоге на каторгу. Документов, подтверждающих эту гипотезу, в архивах Ульяновской и Саратовской областей обнаружить пока не удалось, но это не говорит о том, что она не имеет права на существование. 
Там, на Сахалине, он повстречался с Евдокией Семеновной Гирёвой, в гражданском браке с которой и родился будущий покоритель Антарктики. По тогдашним обычаям каторжан не венчали в церкви, поэтому Дмитрий записан в метрики с отчеством и фамилией матери. Мать рано умерла от туберкулёза. В 1897 г. Дмитрий с отцом переезжают в Николаевск-на-Амуре, где он окончил церковно-приходское училище и стал учеником монтёра на городской электростанции.  Семья держала 20 ездовых собак и с десяток нарт разных типов, поэтому Дмитрий рано освоил престижную на Севере профессию каюра (погонщика собачьих упряжек), подрабатывая на доставке почты и грузов из Николаевска на Сахалин. К двадцати годам Дмитрий был одним из лучших в своем деле.

Экспедиция Скотта

В начале 1910 г. в Николаевск прибыл член команды Роберта Скотта Сесил Мирз, с целью закупить лошадей и собак для будущей экспедиции в Антарктиду. Там он и познакомился с Гирёвым, которого потом пригласил принять участие в экспедиции. Мирз и Гирёв приступили к закупке собак. В амурских и сахалинских селах и стойбищах они закупили собак, 6 нарт и большое количество собачьей еды. По пути способный Гирёв выучил английский язык и довольно сносно общался с англичанами, о чем говорят документальные съемки.

Экспедиция в количестве 29 человек отплыла к Антарктиде на барке Terra Nova 29 ноября 1910 г. В этой экспедиции Дмитрий сыграл весьма заметную роль, по крайней мере, сам Р. Скотт неоднократно упоминал его в своих дневниках, правда, все время коверкая его фамилию (в его записях он был Geroff).

Гирёв участвовал в перевозке провизии, возил фотографа  Герберта Понтинга на съемки, следил за собаками, добывал свежее мясо, проверял состояние промежуточных складов. Именно Гирёв опытным глазом таежного охотника в марте 1912 г. нашел палатку, в которой находились тела погибших Роберта Скотта и трех его товарищей, так и не дошедших до основного лагеря после покорения полюса. Сам он на Южном полюсе не был, но свой вклад в освоение шестого континента тоже внес. Сразу три объекта на Антарктиде названы в его честь. Именем Гирева названа одна из вершин горного массива Эребус (пик Дмитрия); остров в море Дейвиса у берега Правды (остров Горева) и одна из вершин на земле Королевы Мод (пик Герова) – столь разнообразные написания его фамилии вызваны долгим отсутствием точных сведений по биографии героя. 

Нет пророков в своем Отечестве

В январе 1913 г. участники экспедиции Скотта вернулись в Новую Зеландию. Полярников встречали как героев. Британское правительство наградило всех ее членов серебряной медалью и пожизненной пенсией, которую Гирёв получал до 1927 года, пока не произошел разрыв дипломатических отношений между Советской Россией и Великобританией, инспирированный нотой Чемберлена.

Прожив три года в Новой Зеландии с женой Эмилией, Гирёв постоянно терзался воспоминаниями о Родине, поэтому в 1915 г. вернулся в Россию, но один, без жены. В конце 20-х гг. Гирёв жил в селе Чля, снова женился и жил как все простые советские люди: трудился на золотодобывающих приисках, перевозил грузы, работал на теплоэнергостанции. Все оборвалось в 1930 г., когда по ложному доносу завистника-анонима полярника арестовали как английского шпиона. Доказательством служила его пенсия от правительства Великобритании, а также связи с иностранцами. Два года он просидел в тюрьме Владивостока, но за недостатком улик Гирёва выпустили на свободу. Впрочем, пребывание в застенках ОГПУ не прошло даром: по дороге домой в декабре 1932 г. он умер от сердечного приступа… Там же, в селе Чля, на местном кладбище, которого, к слову, сейчас уже нет, находилась могила Дмитрия Гирёва.

Нет пророков в своем Отечестве, и нет ничего удивительного в том, что подвиг русского полярника Страна Советов постаралась забыть и вытравить из памяти потомков. Идеологически невыдержанным, а по тем временам – просто враждебным получился антураж у этой истории: английская экспедиция, английская медаль, пенсия, жена-иностранка – все это как-то не вписывалось в образ нового советского человека. Пожалуй, ему еще повезло с тем, что он ушел сам, не успев сгинуть в жерновах ежовско-бериевских «чисток».

Комментариев нет:

Отправить комментарий