В январе глава государства рассмотрит пакет мер по «десталинизации» общества
В конце 2010 года состоялось рабочее заседание Совета при президенте Дмитрии Медведеве по развитию институтов гражданского общества и правам человека, посвященное «десталинизации». Надо сказать, глава совета Михаил Федотов еще при вступлении в должность пообещал вплотную заняться «общественным сознанием» россиян и«десталинизировать» его. Чуть позже государственный правозащитник в ранге советника президента РФ выступил с инициативой объявить НКВД преступной организацией, запретить«умалчивание политических репрессий» и провести суд над тоталитаризмом.
И вот - озвученные идеи начали обретать конкретику. Заявлено, что совет к январской встрече с президентом подготовит проект государственной программы «Национального примирения и увековечивания памяти жертв тоталитарного режима».
Необходимость программы разъяснил не так давно введенный в состав президентского совета глава Института национального проекта Александр Аузан. По его словам российское общество все еще «находится в состоянии гражданской войны», которая, на самом деле, «не закончилась в 1922 году». Примирение подразумевает мемориализацию мест захоронений жертв репрессий и создание музеев, открытие архивов. Кроме того, предлагается, наконец, дать политико-правовую оценку тоталитарного режима.
Нужна ли России «десталинизация», и что она должна собой представлять, рассуждаетвоенный историк Марк Солонин.
«СП»: – Марк Семенович, президент способен на «десталинизацию»?
- Понятия не имею, чего можно добиться от Медведева. Но как человек, закончивший среднюю школу, я знаю, что есть такое понятие «экстраполяция». Это когда мы судим о будущем поведении математической зависимости по предыдущим ее значениям. За первые два года президентского срока Медведева мы в данном вопросе не получили ничего, кроме комиссии по борьбе с фальсификацией истории, вся история создания каковой свидетельствовала о намерении бороться с исследованиями истории. Поэтому я не вижу оснований надеяться, что замечательные инициативы Михаила Федотова могли быть услышаны и поддержаны высшим руководством.
«СП»: – А как же Катынь, тут-то историков услышали и поддержали?
- Катынь - это совершенно другая ситуация. Тут «услышали» вовсе не российских историков. Катынь нужна была отнюдь не для внутреннего потребления. Более того: как мы прекрасно знаем, внутри России эта - вторая (если не третья) по счету попытка признать ответственность сталинского режима за уничтожение польских военнопленных вызвала, как пишут в газетах, «неоднозначную реакцию».
Все это было сделано, повторюсь, для внешнего потребления. В Евросоюзе при принятии целого ряда важных решений действует принцип вето. А это значит, что без согласия, в частности, Польши, многие решения Евросоюза, которые были бы выгодны с точки зрения нынешнего руководства России, не удастся пролоббировать. Вот и все. Катынь - чисто конъюнктурный шаг.
«СП»: – Что нужно делать, чтобы провести «десталинизацию»?
- Это, как вы понимаете, огромный вопрос и огромная проблема.