Алексей Миллер,
доктор исторических наук, главный научный сотрудник ИНИОН РАН
11 июня 2011
Баталии в российском обществе по поводу политики памяти будут нарастать. Они могут стать важной идейной составляющей процесса переформатирования всего общественно-политического пространства. Правда, пока невозможно предсказать, какой «исторический миф» придет на смену тому, который является предметом полемики последние два десятилетия.
Полный вариант статьи готовится к печати в книге под редакцией А. Миллера и М. Липман «Историческая политика в XXI веке».
За двадцать пять лет, прошедших с начала перестройки, отношения между политикой и историей в России пережили несколько крутых поворотов. Очередной такой поворот, последствия которого пока неясны, начался на исходе первого десятилетия XXI века, в 2009–2010 годах. Пересмотру подверглись принципы российского варианта «исторической политики», то есть распространенного во многих посткоммунистических странах использования избирательно подобранных элементов из прошлого в конъюнктурных политических целях. Сами эти принципы, как казалось, сформировались в первой половине и середине 2000-х годов. Перемены дискурса в сфере исторических интерпретаций, возможно, связаны со вступлением России в эпоху более широкой социально-политической трансформации, в ходе которой на смену постсоветской повестке дня, в основном реставрационной после кардинального слома, будет приходить нечто другое.


