Тофик Шахвердиев
Алексей Поликовский
обозреватель «Новой»
25.06.2011
Россия, котрая всегда с тобой
Предисловие к фильму от Алексея Поликовского
Это фильм о стране. Она является нам в фильме такой, какой была и осталась: страна старой кирпичной кладки, убогого быта, покосившихся бараков, железных дверей, замызганных рабочих роб. Уберите из кадров фильма старые советские лозунги на стенах, и тогда это будет картина любого провинциального городка сегодня в ста километрах от Москвы. Но над всем этим вечным неуютом нашей жизни, над всей этой всегдашней неприкаянностью жилистых татуированных мужиков звучит золотая труба, и мелодия на наших глазах вдруг отрывается от серых стен и печальных заборов и забирается в небо. Это наша жизнь. И на заднем ее фоне, как навязчивое привидение, скользит низкорослый грузин с узеньким лбом и сухой рукой — Сталин.
О нем написаны сотни книг, но я никогда не слышал такого ясного, простого и грустного изложения, которое дает на камеру заключенный с вытатуированным Сталиным на груди. Мелки и нелепы оказываются наши исторические анализы перед его простым вопросом об Иване Грозном, Петре Первом, Сталине и иных людях власти: "Ну что же они все такие злые?" Этот вопрос пробивает насквозь. Так мог бы спросить ребенок, тот самый, чьими устами глаголет истина, но в России на месте ребенка оказывается взрослый мужчина, отец семейства, за какой-то невеликий проступок брошенный за проволоку. И что ему ответить?
В эпоху сплошной пропаганды и ночных расстрелов в людях почему-то были честность и достоинство. В эпоху террора люди пели действительно прекрасные песни, и у них действительно светились лица. Пустой рукав пиджака у старого фронтовика и его лицо, когда он поет, говорят об этой эпохе больше, чем слова, которые мы произносим в наших оголтелых спорах. Но не нужно спорить, не нужно впадать в экстаз осуждения или в пафос восхваления, лучше просто посмотреть на эту серо-белую хронику, на эти человеческие лица, на этих людей, любящих Сталина, на этих заключенных в черных робах и на этого честного сталиниста, знающего, что во времена вождя он был бы первой жертвой доноса.
Там, где фильм показывает — скромно и честно показывает — он завораживает. Там, где фильм пытается объяснять, он проваливается. Невозможно объяснить огромную эпоху и скопление страстей, героизма, честности, достоинства, подлости и мерзости через плоскую ассоциацию советского народа со стадом баранов. Невозможно понять природу веры, любви и самопожертвования через две-три сцены с гипнотизером и его подопытными. И ассоциации с Гитлером и Мао ничего не объясняют и никуда не ведут. Потому что мы не немцы, которым их прошлое выбили из голов победители. И не китайцы, тысячу лет живущие в конфуцианском чувстве долга.. Мы другие. Мы неподвластны никакой внешней силе, и поэтому у нас свои особые отношения с прошлым, которые мы не можем осудить в пять минут и выбросить на помойку — потому что там, в этом прошлом, ходят по улицам, варят суп на примусах в коммунальных кухнях, стоят в очередях за пайком хлеба и слушают речи вождей из репродукторов наши родные, наши любимые, наши близкие.
Если телевидение за 22 года не нашло одного часа, чтобы показать нам этот тревожащий фильм с таким тонким и точным отбором героев и кадров, фильм, не дающий ответов, но задающий один-единственный неизбежный вопрос, то такое телевидение следует закрыть. Оно не нужно.
Есть фильмы, в которых главное — лица. Они возникают в фильме как бы сами собой, но режиссер должен был их найти, их постичь и остановить на них камеру. И потом, когда забудутся частности, когда фильм истает в памяти под напором ежедневной суеты, лица из фильма вдруг выплывут перед внутренним взглядом в очередной ночной бессоннице. Это лица истовых советских людей времен веющих флагов, гордых парадов и сильной веры. И лицо заключенного эпохи перестройки, играющего в лагерном оркестрике на барабане. Посмотрите на это лицо, посмотрите на эти глаза, на то, как он подмигивает нам из безымянного проулка уже не существующей страны, этот безвестный советский барабанщик в лагерной робе, исполненный жизни и мудрости.
Ссылка: Товарищ Сталин. Только хорошее! - Новая газета
