Владимир ВОРОНОВ
Опубликовано на сайте газеты "Совершенно секретно" (№ 18/347) 31 мая 2015 года
«ГРЕЧЕСКАЯ РАЗВЕДКА» И «КУЛАКИ-ТАБАКОВОДЫ»
Особая страница сталинских репрессий – так называемые национальные операции НКВД. Это когда людей пачками брали (и чаще расстреливали, чем отправляли в лагеря) не за сомнительное социальное происхождение или «нехорошие» разговорчики системы «анекдот», а за «не ту» национальность. Не вообще за любую национальность, не совпадающую с титульной рабоче-крестьянской, а за «иностранную»: эти карательные операции провели по линиям всех стран «враждебного» окружения.
Основным критерием для ареста здесь было самое легкое подозрение в наличии любого рода, вида или типа связи с любым иным государством, включая дружественную Туву и союзную Монголию. Главный критерий такой «преступности» – национальность. Причем речь шла именно о советских гражданах, а вовсе не об иностранцах как таковых, законно пребывающих на территории СССР (ибо тех, кто сначала прибывал в Советский Союз, а затем и пребывал там незаконно, за это и брали).
Самой массовой и кровавой стала «польская» операция. Помимо нее, были проведены следующие операции: «румынская»; «латышская» – ее сначала распространили на эстонцев, литовцев и финнов, но затем провели отдельную «финскую» операцию; «немецкая»; «болгарская» и «македонская»; «корейская»; «китайская». Были проведены даже «иракская» операция и «афганская». Провели и «греческую». Причем греков «брали» не только российских (в смысле, советских), но и «греческих» – граждан Королевства Греция, находившихся в СССР на вполне легитимных основаниях.
11 декабря 1937 года за подписью народного комиссара внутренних дел СССР, Генерального комиссара государственной безопасности Николая Ежова в местные управления НКВД ушла директива за № 50215 о начале очередной «национальной» операции.
Директива гласила: «Материалами следствия устанавливается, что греческая разведка ведет активную шпионско-диверсионную и повстанческую работу в СССР, выполняя задания английской, германской и японской разведок.
Базой для этой работы являются греческие колонии в Ростовской-на-Дону и Краснодарской областях Северного Кавказа, Донецкой, Одесской и других областях Украины, в Абхазии и других республиках Закавказья, в Крыму, а также широко разбросанные группы греков в различных городах и местностях Союза».
«Наряду со шпионско-диверсионной работой в интересах немцев и японцев греческая разведка развивает активную антисоветскую националистическую деятельность, опираясь на широкую антисоветскую прослойку (кулаки-табаководы и огородники, бывшие торговцы и предприниматели, контрабандисты, спекулянты, валютчики и другие) среди греческого населения СССР».
Греческая разведка – это, конечно, страшная сила, особенно при опоре на кулаков-табаководов, куда уж там до нее всем остальным, вместе взятым! Потому «в целях пресечения деятельности греческой разведки на территории СССР» нарком Ежов и приказал «15 декабря сего года одновременно во всех республиках, краях и областях произвести аресты всех греков, подозреваемых в шпионской, диверсионной, повстанческой и националистической антисоветской работе».
Критерии ареста были предельно просты: «аресту подлежат все греки (греческие подданные и граждане СССР) следующих категорий:
а) находящиеся на оперативном учете и разрабатываемые;
б) бывшие крупные торговцы, спекулянты, контрабандисты и валютчики;
в) греки, ведущие активную антисоветскую националистическую работу, в первую очередь из среды раскулаченных, а также все скрывшиеся от раскулачивания;
г) политэмигранты из Греции и все греки, нелегально прибывшие в СССР, независимо от страны, из которой они прибыли;
д) все осевшие на территории СССР греки, так называемые закордонные агенты ИНО НКВД и Разведывательного управления РККА».
По сути, речь идет об аресте огромного количества российских (советских) греков: кто же из них, особенно в портовых городах, когда-то не приторговывал, не спекулировал, не ходил на своей лайбе за турецкой контрабандой и тем паче не держал около домика свой огородик?! Хотя, конечно, особо примечателен последний пункт: прямой приказ об аресте абсолютно всех разведчиков-нелегалов разведки как военной, так и собственно чекистской, греков по национальности.
А ведь у обеих советских разведок были тогда довольно неплохие позиции на Балканах, вообще в Черноморско-Средиземноморском бассейне, которые в значительной степени обеспечивали именно агенты-греки. И вот теперь их брали всех! Точнее, тех, кто был тогда не на задании, а дома. То есть с риском для жизни выполнил задание советской разведки товарищ грек где-нибудь в Турции, Румынии, Болгарии, Испании, Италии или Франции, вернулся в родные пенаты передохнуть или получить очередное задание – к стенке.
Директива Ежова указывала «особое внимание обратить на тщательную очистку от перечисленных выше категорий предприятий и цехов оборонного значения, электросиловых предприятий и сооружений, всех видов транспорта, в особенности портов, армии, флота, войск НКВД и аппаратов органов НКВД».
Также было приказано «одновременно с развертыванием операции по арестам проводить энергичную следственную работу с целью исчерпывающего вскрытия всех очагов и линий шпионско-диверсионной, повстанческой и националистической работы греческой разведки, обращая особое внимание на вскрытие всех связей агентуры греческой разведки с разведками английской, немецкой и японской».
Правда, особо оговаривалось, что «при необходимости производства арестов лиц командного и начальствующего состава, имеющих военные и специальные звания, а также специалистов и лиц, входящих в номенклатуру ЦК, запрашивать санкцию НКВД СССР». Рассылаемую от имени наркома директиву своей подписью заверил оперативный секретарь ГУГБ НКВД СССР комбриг Ульмер.
Точное количество попавших под эту «греческую» метлу НКВД не установлено и поныне. Но известно, что наиболее кровавыми «греческие» операции оказались в Донецкой области и Краснодарском крае. Лишь на Украине и только по делам «греческих контрреволюционных организаций» в 1937–1938 годах было арестовано 5474 человека, причем только в одной-единственной Донецкой области лишь в январе – октябре 1938 года по приговорам ОСО и «тройки» было расстреляно как минимум 3470 греков. А только в Краснодарском крае в 1938 году было репрессировано 5767 греков. Причем практически все, судя по пометкам в списке, были расстреляны, лишь буквально сотне-другой «повезло» – их отправили в лагеря.
В общей сложности сегодня можно говорить, что в декабре 1937 – мае 1938 года в рамках «греческой» операции НКВД было только расстреляно примерно 22 тысячи греков: 99 % «греческих» расстрелов пришлись именно на 1938 год. Была ли в этом хоть какая-то логика, хоть какие-то мало-мальски реальные резоны? Да никаких. Или, если хотите, такие же, как и при расстрелах чекистами сотен тысяч всех прочих советских граждан.
Кстати, о нашем комбриге – который Ульмер и который завизировал эту бумагу. Он ведь тоже попал аккурат под эту раздачу, правда, не «греческую», поскольку по национальности был шведом, а родился в Ревеле – на тот момент это был уже Таллин, столица вражеской Эстонии. Так что товарищ, который, как оказалось затем, нам вовсе не товарищ, попал сразу по двум вражеским национальностям!
К тому же и золотопогонник, поскольку в свое время окончил школу прапорщика и успел поносить офицерские погоны в царской армии. Правда, он исправился, пошел сначала военспецом в Красную Армию, а потом хорошо взлетел по линии пограничных войск ОГПУ. Но пришло и его время платить по счетам: 20 апреля 1939 года его арестовали – товарищ Берия как раз чистил вверенные ему конюшни от всякой ежовской братии.
Но тогда Ульмеру повезло, хотя и относительно: всего лишь дали 15 лет лагерей по статьям 58–7 (подрыв государственной промышленности, транспорта, торговли, денежного обращения или кредитной системы, а равно кооперации, совершенный в контрреволюционных целях), 58–8 (террористические акты, направленные против представителей советской власти или деятелей революционных рабочих и крестьянских организаций) и 58–11 (всякого рода организационная деятельность, направленная к подготовке или совершению предусмотренных в настоящей главе преступлений).
В местах заключения он и умер, если верить официальной справке. В 1955 году приговор, правда, отменили, гражданина бывшего комбрига посмертно реабилитировали… Такой вот шведско-эстонско-чекистский довесок к этой «греческой» истории.
Опубликовано на сайте газеты "Совершенно секретно" (№ 18/347) 31 мая 2015 года
«ГРЕЧЕСКАЯ РАЗВЕДКА» И «КУЛАКИ-ТАБАКОВОДЫ»
Основным критерием для ареста здесь было самое легкое подозрение в наличии любого рода, вида или типа связи с любым иным государством, включая дружественную Туву и союзную Монголию. Главный критерий такой «преступности» – национальность. Причем речь шла именно о советских гражданах, а вовсе не об иностранцах как таковых, законно пребывающих на территории СССР (ибо тех, кто сначала прибывал в Советский Союз, а затем и пребывал там незаконно, за это и брали).
Самой массовой и кровавой стала «польская» операция. Помимо нее, были проведены следующие операции: «румынская»; «латышская» – ее сначала распространили на эстонцев, литовцев и финнов, но затем провели отдельную «финскую» операцию; «немецкая»; «болгарская» и «македонская»; «корейская»; «китайская». Были проведены даже «иракская» операция и «афганская». Провели и «греческую». Причем греков «брали» не только российских (в смысле, советских), но и «греческих» – граждан Королевства Греция, находившихся в СССР на вполне легитимных основаниях.
11 декабря 1937 года за подписью народного комиссара внутренних дел СССР, Генерального комиссара государственной безопасности Николая Ежова в местные управления НКВД ушла директива за № 50215 о начале очередной «национальной» операции.
Директива гласила: «Материалами следствия устанавливается, что греческая разведка ведет активную шпионско-диверсионную и повстанческую работу в СССР, выполняя задания английской, германской и японской разведок.
Базой для этой работы являются греческие колонии в Ростовской-на-Дону и Краснодарской областях Северного Кавказа, Донецкой, Одесской и других областях Украины, в Абхазии и других республиках Закавказья, в Крыму, а также широко разбросанные группы греков в различных городах и местностях Союза».
«Наряду со шпионско-диверсионной работой в интересах немцев и японцев греческая разведка развивает активную антисоветскую националистическую деятельность, опираясь на широкую антисоветскую прослойку (кулаки-табаководы и огородники, бывшие торговцы и предприниматели, контрабандисты, спекулянты, валютчики и другие) среди греческого населения СССР».
Греческая разведка – это, конечно, страшная сила, особенно при опоре на кулаков-табаководов, куда уж там до нее всем остальным, вместе взятым! Потому «в целях пресечения деятельности греческой разведки на территории СССР» нарком Ежов и приказал «15 декабря сего года одновременно во всех республиках, краях и областях произвести аресты всех греков, подозреваемых в шпионской, диверсионной, повстанческой и националистической антисоветской работе».
Критерии ареста были предельно просты: «аресту подлежат все греки (греческие подданные и граждане СССР) следующих категорий:
а) находящиеся на оперативном учете и разрабатываемые;
б) бывшие крупные торговцы, спекулянты, контрабандисты и валютчики;
в) греки, ведущие активную антисоветскую националистическую работу, в первую очередь из среды раскулаченных, а также все скрывшиеся от раскулачивания;
г) политэмигранты из Греции и все греки, нелегально прибывшие в СССР, независимо от страны, из которой они прибыли;
д) все осевшие на территории СССР греки, так называемые закордонные агенты ИНО НКВД и Разведывательного управления РККА».
По сути, речь идет об аресте огромного количества российских (советских) греков: кто же из них, особенно в портовых городах, когда-то не приторговывал, не спекулировал, не ходил на своей лайбе за турецкой контрабандой и тем паче не держал около домика свой огородик?! Хотя, конечно, особо примечателен последний пункт: прямой приказ об аресте абсолютно всех разведчиков-нелегалов разведки как военной, так и собственно чекистской, греков по национальности.
А ведь у обеих советских разведок были тогда довольно неплохие позиции на Балканах, вообще в Черноморско-Средиземноморском бассейне, которые в значительной степени обеспечивали именно агенты-греки. И вот теперь их брали всех! Точнее, тех, кто был тогда не на задании, а дома. То есть с риском для жизни выполнил задание советской разведки товарищ грек где-нибудь в Турции, Румынии, Болгарии, Испании, Италии или Франции, вернулся в родные пенаты передохнуть или получить очередное задание – к стенке.
Директива Ежова указывала «особое внимание обратить на тщательную очистку от перечисленных выше категорий предприятий и цехов оборонного значения, электросиловых предприятий и сооружений, всех видов транспорта, в особенности портов, армии, флота, войск НКВД и аппаратов органов НКВД».
Также было приказано «одновременно с развертыванием операции по арестам проводить энергичную следственную работу с целью исчерпывающего вскрытия всех очагов и линий шпионско-диверсионной, повстанческой и националистической работы греческой разведки, обращая особое внимание на вскрытие всех связей агентуры греческой разведки с разведками английской, немецкой и японской».
Правда, особо оговаривалось, что «при необходимости производства арестов лиц командного и начальствующего состава, имеющих военные и специальные звания, а также специалистов и лиц, входящих в номенклатуру ЦК, запрашивать санкцию НКВД СССР». Рассылаемую от имени наркома директиву своей подписью заверил оперативный секретарь ГУГБ НКВД СССР комбриг Ульмер.
Точное количество попавших под эту «греческую» метлу НКВД не установлено и поныне. Но известно, что наиболее кровавыми «греческие» операции оказались в Донецкой области и Краснодарском крае. Лишь на Украине и только по делам «греческих контрреволюционных организаций» в 1937–1938 годах было арестовано 5474 человека, причем только в одной-единственной Донецкой области лишь в январе – октябре 1938 года по приговорам ОСО и «тройки» было расстреляно как минимум 3470 греков. А только в Краснодарском крае в 1938 году было репрессировано 5767 греков. Причем практически все, судя по пометкам в списке, были расстреляны, лишь буквально сотне-другой «повезло» – их отправили в лагеря.
В общей сложности сегодня можно говорить, что в декабре 1937 – мае 1938 года в рамках «греческой» операции НКВД было только расстреляно примерно 22 тысячи греков: 99 % «греческих» расстрелов пришлись именно на 1938 год. Была ли в этом хоть какая-то логика, хоть какие-то мало-мальски реальные резоны? Да никаких. Или, если хотите, такие же, как и при расстрелах чекистами сотен тысяч всех прочих советских граждан.
Кстати, о нашем комбриге – который Ульмер и который завизировал эту бумагу. Он ведь тоже попал аккурат под эту раздачу, правда, не «греческую», поскольку по национальности был шведом, а родился в Ревеле – на тот момент это был уже Таллин, столица вражеской Эстонии. Так что товарищ, который, как оказалось затем, нам вовсе не товарищ, попал сразу по двум вражеским национальностям!
К тому же и золотопогонник, поскольку в свое время окончил школу прапорщика и успел поносить офицерские погоны в царской армии. Правда, он исправился, пошел сначала военспецом в Красную Армию, а потом хорошо взлетел по линии пограничных войск ОГПУ. Но пришло и его время платить по счетам: 20 апреля 1939 года его арестовали – товарищ Берия как раз чистил вверенные ему конюшни от всякой ежовской братии.
Но тогда Ульмеру повезло, хотя и относительно: всего лишь дали 15 лет лагерей по статьям 58–7 (подрыв государственной промышленности, транспорта, торговли, денежного обращения или кредитной системы, а равно кооперации, совершенный в контрреволюционных целях), 58–8 (террористические акты, направленные против представителей советской власти или деятелей революционных рабочих и крестьянских организаций) и 58–11 (всякого рода организационная деятельность, направленная к подготовке или совершению предусмотренных в настоящей главе преступлений).
В местах заключения он и умер, если верить официальной справке. В 1955 году приговор, правда, отменили, гражданина бывшего комбрига посмертно реабилитировали… Такой вот шведско-эстонско-чекистский довесок к этой «греческой» истории.
