четверг, 7 июля 2011 г.

Как закалялась сталь. Во что вылился индустриальный рывок СССР для рядовых граждан

07 июля 2011


Советская власть всего за десять лет превратила СССР в одну из самых мощных экономик мира.

Этот грандиозный индустриальный рывок оплачен голодными и обобранными властью рядовыми гражданами, — пишет Александр Пасховер в рубрике Архив №25 журнала Корреспондент от 1 июля 2011 года.

Нынешние коммунисты любят повторять, — Иосиф Сталин принял страну, то есть СССР, с деревянным плугом, а оставил с атомной бомбой. Так и есть. С конца 1920-х до начала 1950-х Советский Союз проделал путь от отсталой крестьянской до развитой промышленной экономики. Но какой ценой? Об этом коммунисты предпочитают молчать.

К началу 1930-х советские вожди подвели страну к грани банкротства. Инфляция, тотальный дефицит, голод. Откуда же взялись средства на дорогостоящую индустриализацию? Власти ничем не брезговали: раскулачивали крестьян, конфисковывали ценности, распродавали за рубеж церковные реликвии, шедевры русских и украинских музеев, тонны золота, платины и серебра. У населения принудительно собирали средства, меняя их на обычную, по сути, бумагу, — облигации госзайма.

Еще одним ноу-хау большевиков стала сеть розничных магазинов торгсина — “торговля с иностранцами”. Здесь исключительно за валюту продавались заморские деликатесы, вина, свежее мясо, рыба, фрукты, ягоды, овощи, рахат-лукум и птичье молоко. В это время советский человек получал хлеб по карточкам, сахар по талонам, масло по праздникам.

Позже, в самые голодные годы, в обмен на драгоценности в Торгсинах разрешили отовариваться и советским гражданам. “Эта паутина заполнила села и города, — рассказывает Василий Марочко, ведущий научный сотрудник Института истории НАНУ. — Люди умирают с голоду, а они [большевики] им говорят: давайте золото, мы вас накормим”.

Кремлевские мечтатели

Первые годы существования советской республики были временем разрухи. Для поддержки экономики большевики только в 1921-1922 годах продали на Запад 500 т чистого золота. Это треть золотовалютного запаса царской России накануне Октябрьской революции 1917 года. Но проблем меньше не стало. Без иностранных финансов страна жить не могла.

Советская дипломатия оказалась в тупике. Государственная идеология провозглашала: смерть мировой буржуазии. А экономика, наоборот, молила о помощи.

“Нам до зарезу, ультра-настоятельно нужна помощь Запада, заем, концессия, экономическое соглашение, — писал весной 1922-го Георгий Чичерин, нарком иностранных дел, советскому руководителю Владимиру Ленину. — Вы, несомненно, ошибаетесь, если думаете, что получим заем, если расплюемся с Англией”.

С Англией все-таки расплевались — и не только с ней. СССР разорвал дипотношения с Францией, Швецией, Данией. Никак не удавалось организовать свое представительство в США.

Тем временем в конце 1925 года большевики объявляют о начале амбициозного проекта индустриализации аграрного государства. СССР, который и раньше остро нуждался в валюте, теперь без нее и вовсе не может. Кремль рассчитывает на экспорт урожая, леса, нефти, пушнины, но в 1929 году все надежды рушатся: из-за биржевого кризиса в США цены на сырье падают, спрос сокращается в разы.

Внутри страны сокрушительный удар по экономике наносит неурожай 1928 года. Поэтому уже в следующем году вводится карточная система. На черном рынке цены на продовольствие вырастают сначала в 13, затем в 35 раз. Внешний долг увеличивается десятикратно. К 1931 году на его покрытие требуется чуть более 1 тыс. т золота, тогда как в Госбанке СССР остается не более 150 т.

Чтобы добыть средства на индустриализацию, большевики начинают грандиозную распродажу. С 1928 года на международные торги выставлены музейные и частные коллекции. Один лишь министр финансов США Эндрю Меллон покупает в питерском Эрмитаже 21 картину, заплатив при этом сумму, эквивалентную 10 т золота. В Киеве под распродажу попадает частная коллекция Варвары Ханенко. Уникальные шедевры из украинского музея переезжают в США и Великобританию. Однако разразившийся американский финансовый кризис подпортил большевистский черный бизнес. Американский бизнесмен Арманд Хаммер, работавший в это время в Москве, получил из Нью-Йорка письмо от своего брата Гарри: “Как мы можем продать царские безделушки, когда биржевые маклеры выбрасываются из окна, а бывшие президенты корпораций продают с лотков яблоки?”.

В Кремле не опустили руки и разработали новый план относительно честной добычи валюты. В июле 1930 года в Москве открылось первое отделение торгсина — конторы, специализирующейся на торговле с иностранцами на территории СССР. Всего через полгода эта структура превратилась в разветвленную всесоюзную сеть, куда входила продуктовая, промышленная розница, ресторанный бизнес, индустрия развлечений.

Коммунизм за валюту

Международная торговля была поставлена под тотальный контроль властей. Как только иностранное судно входило в советский порт, вместе с пограничниками на его борт поднимались представители торгсина. Они договаривались с капитаном о прикреплении команды к определенному магазину или ресторану. “В других магазинах они ничего купить все равно не могли, — поясняет Марочко. — Все было в дефиците, искусственном и реально существующем”.

Зато в торгсине — осетрина, икра, мандарины, вина, кондитерские изделия, меха, новинки модной индустрии. И не только это. В Одесском порту для иностранных моряков организовали рестораны и кафе, где подавали экзотический деликатес — советских женщин. Вот выдержка из письма итальянского гостя по имени Россетти: “В торгсиновском ресторане Одессы проститутки танцуют на столах, как в буржуазных странах”.

Весной 1931-го реклама советских торгсинов появляется в Западной Европе, США, Южной Америке. Распоряжением советского правительства работающих в стране дипломатов и зарубежных специалистов также обязывают покупать продукты, одежду и обувь только в торгсинах.

Но иностранных денег для бурно развивающейся промышленности все равно не хватает. И тогда власть заинтересовалась кубышками собственных граждан.

По данным экономического управления Объединенного государственного политического управления (ОГПУ), к августу 1930 года на руках у населения находилось ценностей приблизительно на сумму около 450 млн руб. золотом. Это вдвое больше, чем весь тогдашний золотовалютный запас Госбанка СССР. Осталось решить проблему изъятия этих средств.

И в ноябре 1931-го большевики разрешили торгсинам продавать товары соотечественникам, но только за валюту или в обмен на золото. И люди потянулись со своими сбережениями в торговые залы, причем отнюдь не потому, что им некуда было девать деньги, — в стране царил голод, а продовольственные товары из магазинов торгсина стали средством для выживания.

“В условиях голода и карточной системы этот шаг был эффективным, — признает Марочко. — Потому что люди были вынуждены отдавать золото”.

Жестокий рынок

На стене в квартире Ирины Ванниковой, пресс-секретаря экс-президента Виктора Ющенко, висит старое фото. “Мои маленькие дочери спрашивают: кто эта принцесса?” — рассказывает Корреспонденту 34-летняя хозяйка. В роли принцессы выступает прабабушка. На груди женщины на фото — фамильный медальон, ее уши и шею украшают жемчуг и бриллианты.

“Я знала свою бабушку — сельскую учительницу в скромном пальто, теплом платке и стареньких сапогах, — рассказывает Ванникова. — И когда я спросила: “А куда делась вся эта прелесть? Где эта красота?”, бабушка мне сказала: “Ушла в торгсин”.

После того как в торгсины допустили советских людей, в стране тут же отрыли пункты по сбору золота. Украина стала рекордсменом: на ее территории организовали 130 точек скупки драгметаллов, тогда как на всю Российскую Федерацию, к примеру, их было 110.

Клиенты сдавали золото и получали боны, которые в торгсине могли обменять на продукты. В разгар самого голодного года, 1933-го, в Украине работало 256 таких магазинов.

Обезумевшие от недоедания люди несли государству все свои фамильные драгоценности. В отличие от иностранца, советский человек покупал в валютном магазине не деликатесы, а дешевую ржаную муку, преимущественно бесплатно отнятую у так называемых кулаков.

“Государство сполна использовало свою монополию и “голодный” потребительский спрос, — пишет Елена Осокина, профессор русской истории Университета Южной Каролины (США) в книге Золото для индустриализации: торгсин. — Советское руководство в торгсине продавало товары своим голодным гражданам в среднем в 3,3 раза дороже того, что брало с иностранцев, экспортируя эти товары за рубеж”.

Эмигранты знали, что в Советском Союзе голод, и кто мог высылали своим бедным родственникам валюту, для того чтобы они могли отовариваться в торгсинах. Как правило, к получателю перевода тут же подходили люди в штатском и просили пожертвовать на нужды индустриализации. Тех, кто отказывался, помещали в камеры, где держали, пока они не соглашались что-то выдать или же пока родственники не пришлют выкуп.

Такой метод заработка получил название “долларовая парилка” и “золотые камеры”. Показательные расстрелы валютчиков ускоряли процесс добровольной сдачи. Чтобы власть не отбирала валюту, эмигранты слали переводы прямо на торгсин, где их родственник мог получить продукты питания, одежду, обувь. Но обменный курс в магазине был необычайно низким, да и от “золотой камеры” НКВД этот маневр не спасал.

Подлинная революция на “валютном торговом фронте” началась тогда, когда руководство страны разрешило населению платить золотом, серебром, бриллиантами, изумрудами. В Одессе, например, за продукты питания в торгсине рассчитывались золотыми рублями царской чеканки. Крымчане и жители Центральной Украины понесли даже золото, выкопанное из скифских курганов.

В голодный 1932-й население СССР снесло в специализированную торговую сеть 22 т золота и 19 т серебра. А в следующем, 1933-м, советские граждане принесли в торгсин 45 т золота и 1,42 тыс. т серебра. Резкий рост “серебряных” поступлений связан с тем, что изначально этот металл не принимали.

Ссылка: Как закалялась сталь. Во что вылился индустриальный рывок СССР для рядовых граждан - УКРРУДПРОМ

Комментариев нет:

Отправить комментарий