понедельник, 24 января 2011 г.

Наследие Сталина: кривое зеркало

Ян Рачинский,
«Мемориал»
23.01.2011
Почему до сих пор власти не дают разрешения на установку мемориальных досок Шаламову, Бабелю, Григоренко…

Нас постоянно окружает публичное пространство, молчаливо формирующее наши взгляды, наши представления об отечественной истории и о том, «что такое хорошо и что такое плохо».
Памятники, мемориальные доски, названия городов, улиц, школ и предприятий — все это действует как бы само собой, без всяких экскурсоводов и штатных пропагандистов, без чтения книжек и без размышлений.
Советская власть это очень хорошо понимала. Особенно Сталин. И снос всех «неподходящих» памятников с установкой вместо них штампованных вождей, и массовое переименование улиц, и присвоение имен партийных деятелей всему подряд — словом, то, что нам кажется просто вандализмом, все это работало на укрепление власти.
В свое время был выдвинут лозунг «Превратим Москву в образцовый коммунистический город!». И в пропагандистском плане это было осуществлено: Москва — по-прежнему город коммунистический.
Впрочем, не только Москва — большинство населенных пунктов бывшего СССР (за исключением Прибалтики).
Почему на Красной площади — вопреки всем отечественным традициям — устроено захоронение и почему там лежат палачи?
Почему сохраняются все эти бессмысленные мемориальные доски на зданиях, где хоть раз побывал Владимир Ульянов?
Почему сохраняются названия в честь Ленина, Дзержинского, Ворошилова, Войкова и многих других убийц?
Почему мясоперерабатывающий комбинат носит имя Микояна, в свое время просившего увеличить лимит на расстрелы в Армянской ССР. Может быть, в таком названии и есть какой-то символический смысл, но я лично продукцию этого комбината не покупаю — в горло не полезет.
Разумеется, коммунисты будут утверждать, что я, дескать, пытаюсь переписать историю и покушаюсь на культурное наследие.
Им можно бы и вовсе не отвечать: по части переписывания истории и разрушения наследия они вне всякой конкуренции не только в России, но и в мире. И не история с культурным наследием их волнуют. Просто сейчас, когда ежедневным камланием по телевизору ведает другая партия, значение альтернативных средств пропаганды для коммунистов чрезвычайно вырастает. Тем более что памятники, мемориальные доски и названия улиц никаких расходов от коммунистов нынче не требуют. Все 60 памятников Ильичу в Москве содержатся за счет бюджета. За счет наших с вами налогов. Кстати, оно вам надо?
В советские времена неудобные или неугодные имена, события и целые периоды истории исчезали из учебников и «научных» исследований, музеев и энциклопедий, даже из литературы. Книги с упоминанием не то что «врагов народа», но и просто эмигрировавших деятелей изымались из библиотек и из продажи. Точка зрения на исторические события существовала только одна.
Ныне никто не предлагает вычеркнуть из учебников какие-то имена или события — кроме вымышленных. Никто не запрещает никакие трактовки в научных исследованиях. Из музеев и библиотек никто ничего не изымает — даже те сочинения Сталина и его подельников, которые вполне могли бы считаться экстремистской литературой. Так что ни о каком переписывании истории речь не идет.
Но если считать городское пространство зеркалом истории (чем оно и должно бы быть), то после владычества большевиков это зеркало окривело и надо бы его поправить.
Конечно, коммунисты считают историей только 70 лет своей неограниченной власти.Но все же история России несколько длиннее, и упомянутые 70 лет вовсе не были самым славным ее периодом.
Однако на всю страну не наберется столько памятников Александру II и Екатерине Великой, сколько стоит памятников Ленину в одной только Москве. А ведь в отечественной истории они значат не меньше, чем все большевики, вместе взятые.
В этом году исполняется 150 лет Великой реформе — это событие, по положительному эффекту в нашей истории почти не имеющее себе равных. Но улицу 19 Февраля коммунистические власти давно упразднили; и лишь улица Александра Невского напоминает (тем, кто знает ее историю) о храме, построенном здесь в ознаменование 50-летия освобождения крестьян.
Возьмите бесчисленные названия улиц в честь большевиков — героев Гражданской войны. Кажется, уже большинству сограждан понятно, что герои были и среди белых, и не менее достойные памяти. Однако нет ни одного названия в честь тех, кто выступил против узурпации власти большевиками. И памятников тоже нет — ни отдельным людям, ни, например, кронштадтцам.
Или с литераторами: конечно, Демьян Бедный или Исаковский тоже поэты, но даже в советскую эпоху были Мандельштам, Ахматова, Пастернак, по крайней мере не менее достойные увековечения.

Еще пример. В прошлом году в Москве была открыта мемориальная доска Г.В. Романову, бывшему 1-м секретарем Ленинградского обкома. В Питере этот деятель вызывает у жителей города на редкость однозначные негативные чувства, и попытка Матвиенко установить ему мемориальную доску встретила решительный отпор общественности. Интересно, по чьей инициативе и по чьему решению была установлена доска в Москве?
Замечу при этом, что предложение ряда организаций установить мемориальную доску генералу-диссиденту П.Г. Григоренко встретило решительное противодействие.
А инициатива общественности, и в частности общества «Мемориал», увековечить память Варлама Шаламова, Исаака Бабеля, Юрия Домбровского, писателей с мировой известностью, пострадавших от сталинского террора, хоть и не отклонена прямо, но не реализуется уже несколько лет.
Увы, приходится констатировать: в последнее двадцатилетие ситуация почти не изменилась к лучшему. Лишь в пределах Садового кольца улицам были возвращены исторические названия. Но последовательной политики в сфере топонимики и «монументальной пропаганды» нет, и не видно ни малейшего стремления к тому, чтобы городские памятники и названия отражали реальную историю страны.
По-прежнему сталинская символика и мифология лезут каждому в глаза и уши, по-прежнему «красные» побеждают «белых» — просто фактом наличия первых и отсутствия вторых, по-прежнему все фанфары в честь «великих строек коммунизма». И даже улицы Главлита, 1-я и 2-я, сохранились в подмосковной Салтыковке. Вряд ли в досоветской России была хоть одна улица Цензуры.
Конечно, можно считать эту проблему второстепенной и думать, что ее можно решать позже. Но я глубоко уверен, что, пока памятник Дзержинскому, главному террористу ХХ века, стоит перед зданием ГУВД Москвы на Петровке, пока улицы и города носят имена убийц, о правовом государстве в России не стоит и мечтать.

Спецвыпуск «Правда ГУЛАГа» публикуется при поддержке фонда «Президентский центр Б.Н. Ельцина» и Международного фонда социально-экономических и политологических исследований М.С. Горбачева

Шеф-редактор спецвыпуска — Олег Хлебников. Спецвыпуск подготовлен совместно с Международным обществом «Мемориал»


Ссылка: Новая Газета | Cпецвыпуск «Правда ГУЛАГа» от 24.01.2011 №02 (46) | Наследие Сталина: кривое зеркало

Комментариев нет:

Отправить комментарий