четверг, 9 декабря 2010 г.

К вопросу о мемориализации останков советских граждан - жертв репрессий - на территории Мемориала «Катынь»

Автор: Галина Андреенкова Последнее изменение: Dec 07, 2010 ГМК "Катынь"
Текст доклада Галины Андреенковой на 2-м семинаре экспертов "Забытые могилы" в Музее политической истории 22 октября 2010.
Об авторе: Галина Андреенкова - заместитель директора Государственного мемориального комплекса «Катынь» по научной работе.
19 октября 1996 года вышло Постановление Правительства Российской Федерации «О создании мемориальных комплексов в местах захоронений советских и польских граждан ‒ жертв тоталитарных репрессий в Катыни (Смоленская область) и Медное (Тверская область)».
В 2000 году состоялось открытие Мемориала «Катынь» ‒ первого в России международного памятника жертвам сталинского произвола.
Мемориал возведен на месте захоронений советских граждан – жертв политических репрессий и польских офицеров, расстрелянных органами НКВД весной 1940 года по решению Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года.
Мемориал представляет собой комплекс ритуальных и архитектурно-художественных сооружений. Доминантой являются захоронения польских и российских граждан, оформленных в религиозных и национальных традициях двух народов Архитектурный ансамбль польского военного кладбища безукоризнен. Более четырех тысяч имен поляков увековечены, как на Алтарной стене, так и на Стене памяти, где расположены личные эпитафийные таблички, на которых о каждом человеке даны краткие биографические сведения.
Совсем иначе обстоят дела с российской частью Мемориала. Девять могил советских граждан на территории 2,3 гектаров, по замыслу архитекторов, стали сердцевиной российской части комплекса. Обычно здесь экскурсоводы говорят примерно следующее: по обычаям нашего народа, умерших принято хоронить в отдельных могилах, обнесенных оградой с небольшими поминальными площадками, поэтому русские захоронения оформлены в виде холмиков, поросших травой. По периметру каждой могилы располагается ограждение неправильной формы, с острыми выступающими краями. Такая форма ограды подчеркивает не только трагизм насильственной смерти, но и служит символом того, что количество захороненных здесь и их имена до сих пор не установлены.
Долгие годы забвения факта гибели советских граждан, людей разных национальностей- безвинных жертвы тоталитарной системы советского государства, сокрытия самого места тайных захоронений были неотъемлемой частью сталинской политики. Любые улики, документы, свидетели, изобличающие преступные действия государства, не имели право на существование.

Хотя официальные источники длительное время умалчивали о захоронениях советских, или как сейчас принято говорить, российских граждан в Катыни, а сама местность долгие годы была запретной охраняемой зоной и окружена с одной стороны высоким забором (ближе к Смоленску), с другой – колючей проволокой, коренное население близлежащих поселков догадывалось, что творилось в лесу. Местные жители, дети и подростки неоднократно проникали в зону Катынского леса, и не только находили ягоды и грибы, но и обнаруживали многочисленные ямы с осевшей землей. Об этом свидетельствуют воспоминания, как прежде опубликованные, так и собранные сотрудниками Мемориала и польскими коллегами. Хотя надо сказать, что прямых очевидцев расстрелов или захоронений советских граждан в Катынском лесу сотрудники Мемориала не нашли, и, скорее всего, и не могли бы найти по причине строгой секретности выполнения подобных операций. В одном из актов об исполнении приговора, то есть смертной казни, по Западной области [1]. 1931 года есть знаменательная строчка:
«…Операция проведена вполне законспирировано по-чекистки» [2]… Эта чекистская экзекуция была осуществлена над советскими людьми, осужденными по 58 статье УК РСФСР от 1926 года.

История выявления захоронений советских граждан началась в 1943 году, когда Смоленская область находилась в немецкой оккупации, и в Катынском лесу были обнаружены массовые могилы польских офицеров. Но раскопки немцев позволили обнаружить, «кроме изолированных польских офицерских могил … и массовые русские могилы»[3]. Немцы вскрыли 4 ямы смерти[4]. По состоянию растительного покрова сроки захоронений двух из этих могил были определены 15-20 летней давности.  Немецкий источник свидетельствовал, что в могилах «лежали трупы русских обоего пола…». В качестве причины смерти указывались выстрелы в голову. «Из найденных бумаг видно, что это были заключенные в Смоленской тюрьме НКВД, осужденные преимущественно за политические преступления»[5]. Было замечено, что руки у трупов польских офицеров «связаны таким же образом, каким связаны руки гражданских лиц, извлеченных также из могил в Катынском лесу, но похороненных гораздо раньше» [6].
Немцы зафиксировали общий как для польских, так и для русских массовых могил метод их сокрытия: посадка молодых березовых и сосновых насаждений на захороения [7].
Газета «Новый путь», выходившая в оккупированном Смоленске с 1941 по 1943 гг., очень подробно и, надо отметить, достаточно достоверно освещавшая эксгумационные работы в Катынском лесу весной-летом 1943 года, выпустила более 20 статей о катынских раскопках, где неоднократно упоминала о русских могилах, находившихся рядом с польскими.
Польская газета «Гонец Подзенны» от 3 июня 1943 года опубликовала интервью с Юзефом Мацкевичем о его пребывании в Катыни. Статья называлась «Я видел собственными глазами». Мацкевич утверждал, что в Катыни всюду обнаруживаются «более старые трупы и человеческие кости. Я видел несколько рвов, где скелеты лежат в характерной позе, с руками за спиной. Веревки, разумеется, уже сгнили» [8].
Представители Технической комиссии Польского Красного Креста, участвовавшие в эксгумационных работах в Катыни в 1943 году, также видели эти могилы, и в Отчете Технической комиссии Польского Красного Креста было зафиксировано следующее: «При обследовании территории обнаружен также ряд массовых захоронений русских; трупы находились в разной степени разложения, вплоть до скелетов» [9].
Международная комиссия врачей, работавшая в Катыни в 1943 году, с 28 апреля по 30 апреля, констатировала факт, что польские военнопленные были убиты тем же способом, что и советские граждане из найденных там же советских могил. Смерть наступала, как правило, в результате одиночного выстрела из короткоствольного оружия в затылок [10].
Впервые информация о том, что Катынский лес в урочище «Козьи горы» под Смоленском – «за несколько лет до войны» использовался органами ЧК–ОГПУ–НКВД для сокрытия останков советских граждан была дана в «Официальных материалах о массовых убийствах в Катыни» и в публикациях газеты «Новый путь». В этой газете, в статье «Чудовищное злодеяние большевиков» прямо указывается, о назначении лесного массива в Козьих горах: «… Здесь уже давно имелась оборудованная энкеведешниками «мертвая зона», обнесенная колючей проволокой и тщательно охраняемая от постороннего глаза и слуха. Здесь… были все удобства для совершения любых кровавых дел…» [11].
Из «Официальных материалов о массовых убийствах в Катыни», судя по показаниям свидетелей, следует, что территория «Козьих гор» использовалась как место казни с 1918 года. С 1931 года эта местность была огорожена, а также появились подписанные НКВД, таблички с надписями, запрещавшими вход на огороженный участок леса [12].
1990-годы прошлого столетия стали переломными в судьбе нашей страны: Россия встала на путь демократических перемен. В эти годы достоянием общественности стали места массовых захоронений советских граждан-жертв тоталитаризма. Эти же годы стали наиболее важными для выяснения многих ранее неизвестных фактов и выявления исторических документов, связанных с Катынской трагедией. В 1990 году Главная военная прокуратура открыла уголовное дело по факту гибели польских офицеров – узников трех спецлагерей в Козельске Смоленской области (ныне Калужской области), Осташкове Калининской области (ныне Тверской области) и Старобельске Харьковской области. В результате следствия, кроме Катыни, были установлены и другие места массовых расстрелов польских военнопленных: 6-й квартал лесопарковой зоны Харькова и село Медное Тверской области.
В ходе следственных действий летом 1991 года в Харькове и Медном, кроме могил польских военнопленных, обнаружились массовые захоронения советских граждан.
25.10.1991 года Исполнительный комитет Смоленского областного Совета народных депутатов выносит Решение «Об утверждении временных границ охранной зоны жертвам сталинских репрессий в лесном массиве «Козьи горы» Смоленского района». В преамбуле документа констатируется, что «точных сведений о местах, сроках захоронения и количестве погребенных жертв сталинских репрессий в лесном массиве «Козьи горы» Смоленского района в областной прокуратуре, управлении комитета госбезопасности по Смоленской области не имеется».
И все же первый пункт документа четко говорит о том, что в Катынском лесу, а не в каком-то другом, устанавливается временная охранная зона с запрещением проведения каких-либо сельскохозяйственных и земляных работ. Охранная зона устанавливается в границах участка площадью 100 га гослесфонда Катынский лес «Козьи горы».
Хотелось бы обратить внимание на цифру 100 гектаров. Масштаб этой цифры потрясает до глубины души! Для нас любопытен и второй пункт решения, в котором облисполком просит областную прокуратуру совместно с управлением комитета госбезопасности по Смоленской области провести дальнейшие исследования «с целью уточнения мест и количества захоронений жертв сталинских репрессий и увековечения их памяти». И главное – впервые в документе черным по белому пишут, что в Катынском лесу захоронены жертвы сталинского произвола. До этого в документах упоминались только расстрелянные польские офицеры и советские военнопленные – жертвы Великой Отечественной войны. Тем более, нужно подчеркнуть, что следственный эксперимент Главной военной прокуратурой в Катыни будет произведен только в ноябре 1991 года.
23 июня 1994 года Правительство Российской Федерации издало Распоряжение за № 1159 об утверждении Координационного комитета и финансирования расходов, связанных с увековечением памяти жертв тоталитарных репрессий. Второй пункт документа был обращен к Главам администрации Смоленской и Тверской областей с требованием в двухнедельный срок разработать и утвердить план мероприятий, связанных с захоронением и увековечением памяти советских и польских граждан – жертв войны и репрессий. В соответствии с этим распоряжением администрация области издает ряд регламентирующих документов, в том числе 07.08.1995 года увидело свет Постановление Главы администрации Смоленской области «О завершении работ по мемориализации захоронений жертв войны и репрессий в Катынском лесу («Козьи горы»)». Одним из пунктов выполнения распоряжения явилось установление в районе будущего мемориала памятного знака.
На территории еще не существующего Мемориала «Катынь», где сейчас находится памятный православный крест, был установлен закладной камень, выполненный в форме прямоугольника с выбитым на темно-сером гранитном фоне текстом: «Здесь будет сооружен мемориал памяти жертв политических репрессий». Документальным подтверждением того, что Катынский лес является местом массовых захоронений, стало «Заключение по материалам проверки о массовых захоронениях в Смоленской области жертв политических репрессий от 31 января 1995 года», утвержденное И.О. Прокурора Смоленской области А.П. Ковалевым.
В 1994–1995 годах польскими специалистами во главе с профессором института археологии и этнографии Польской академии наук Марианом Глосеком, проводившими зондажно-эксгумационные работы, как на территории будущего военного кладбища, так и за его пределами, было установлено следующее: во-первых, на территории польского военного кладбища не было выявлено следов каких-либо непольских захоронений; во-вторых, за переделами польского военного кладбища, на будущей российской части Мемориала была обнаружена одна из могил, которую вскрыли немцы в 1943 году. Она находится на расстоянии 42 м в восточном направлении от границы Польского военного кладбища. Сейчас, по нашему мнению, это самая ближняя к мосткам могила советских граждан на российской части Мемориала. Именно оттуда был поднят фрагмент подошвы резинового сапога с надписью на русском языке: «…ревестн..» (Буревестник), а ниже – «до 20».
Польские специалисты уверены, что это название обувной фабрики, а ниже размер обуви как раз перед сменой в СССР нормирования размеров. Данный размер соответствует современному 32 размеру обуви, то есть детскому [13].
Напомним, что вначале российская часть в том виде, в каком она сейчас существует, рассматривалась в качестве первой очереди строительства Мемориала «Катынь». Но за пределами современного Мемориала, на территории, получившей в народе название «Долины смерти» и относящейся к комплексу, а также практически на всей территории Катынского леса до сих пор находятся и не обустроенные могилы наших соотечественников. Их еще называют рвы смерти. Они видны невооруженным взглядом: небольшие ложбинки с осевшей землей, в страшной последовательности идущие одна за другой.
Там же в «Долине смерти» находится польская яма смерти № 8, которую в 1943 году не успели изучить полностью, поэтому польские специалисты в 1995 году стали обследовать эту территорию. В результате этих работ недалеко от польской ямы смерти №8 было обнаружено 150 захоронений советских граждан и вскрыта 41 могила [14] в присутствии официальных лиц и уполномоченных представителей различных ведомственных структур Смоленска. Так как работы проходили локализовано возле польской ямы смерти № 8, польские специалисты отметили, что «судя по территориальным углублениям, количество ям смерти гораздо больше – несколько сотен» [15].
Большинство могил советских граждан датируются 1937 -1941, их размеры колеблются от 1х 2 м до5 х 3 м. Глубина могил - от 1,8 м до 2,35 м. В этих захоронениях находятся одного до нескольких (в пределах второго десятка) останков. Польские специалисты отмечали, что часто установленной причиной смерти был выстрел в затылочную часть головы, тем самым были подтверждены выводы исследований 1943 года. Черепа некоторых жертв были обернуты одеждой, что также наводит на мысль о специфике работы смоленских палачей: у части расстрелянных польских офицеров головы также были обмотаны шинелями.
Так как на поверхности раскопов находились личные вещи и одежда, которые позволяли определить принадлежность советским гражданам, то очень редко из могил поднимались человеческие останки. «Российские прокуроры не вели никаких записей и не требовали от нас никакой документации. Не составляли протоколы... Россияне охотно соглашались на наше предложение по прекращению исследований и немедленное засыпание могил», – пишет М. Глосек во вступлении к  III разделу сборника. «Катынь в свете территориальных исследований». Все найденное в ходе исследования, включая останки, упаковывалось в пластиковые пакеты и помещалось обратно в яму.
На пуговицах, извлеченных из советских захоронений, отчетливо видны серп и молот, названия советских фабрик на фрагментах подошв обуви, как, например, КРАСНЫЙ ТРЕУГОЛЬНИК ЛЕНИНГРАД, СССР 37, ССТ [16].
О социальном составе покоящихся здесь людей можно предположить по фактам нахождения фрагмента лаптя, замшевой перчатки и верхней кожаной одежды, по-видимому, принадлежавшей командному составу Красной Армии. Найденный и сфотографированный поляками образок иконы «Смоленской Божьей Матери» говорит о вероисповедании захороненного и о том, что, скорее всего, этот человек-смолянин.
На различных вещественных доказательствах захоронений польским специалистам удалось обнаружить выцарапанные русские инициалы, даже имена, например, прочитали надпись «.Альфре…» Альфред – популярное у латышей имя.
В 1930-е в Смоленске действовал латышский театр, работала латышская художественная школа, функционировал латышский детский дом и по всей области были созданы и процветали национальные латышские колхозы.
В 1938 в Смоленской области, как и по всей стране, были сфабрикованы националистические дела. Уничтожению или ссылке подлежали люди латышской национальности, проходившие в Смоленской области по делу «Латышского национального центра». В «Списке советских граждан, содержавшихся в тюрьме города Смоленска и расстрелянных в годы необоснованных репрессий», предположительно захороненных в Катыни, 10 человек латышской национальности с именем Альфред.
Примечателен факт обнаружения поляками в пяти ямах по соседству с останками вкрапленный слой древесных опилок. Польские специалисты предположили, что людей убивали в другом месте, а их тела автомашинами доставлялись в Катынский лес. Внутрь кузова засыпали опилки, чтобы кровь жертв не загрязняла и не впитывалась в деревянный настил. Вместе с телами опилки попадали в ямы смерти [17].
Предположения поляков подтверждает фигурировавший в упоминаемом ранее документе – «Заключении по материалам проверки о массовых захоронениях в Смоленской области жертв политических репрессий» - бывший сотрудник УНКВД Смоленской области, пенсионер «Н», проходивший службу до 1940 года на различных должностях, а с 1940 года - начальник отдела «А». «Н» сообщил, «что в период работы начальником отдела «А», ему было известно от коменданта УНКВД по Смоленской области Стельмаха И.И., что расстреливали приговоренных к смерти в подвале здания Управления НКВД (ул. Дзержинского, д.13) и в подвале общей тюрьмы города Смоленска (проспект Гагарина, д.16). Для захоронения трупы вывозились в три специальных места…». Первым из этих мест этот информатор называет урочище «Козьи горы».
В «Справке о результатах бесед с бывшими сотрудниками УНКВД по Смоленской области» от 30 января 1995 года, подписанной Начальником ОРАФ УФСК РФ по Смоленской области В.Т. Бережанским и Начальником отдела прокуратуры Смоленской области советником юстиции В.В. Лосевым, также подтверждается факт вывоза трупов для захоронений в «Козьи горы».  Упоминание об опилках мы встречаем в газете «Новый путь», в статье «Этого забыть нельзя» Управляющего Смоленским округом И. Никитина от 23 апреля 1943 года.
Но есть документ, датируемый 10 июля 1941, который расширяет наши представления о роли Катынского леса, которую по воле государства, он должен был играть в обстоятельствах гибели советских граждан – жертв тоталитаризма. Это приказ №162 по 252 полку конвойных войск о конвоировании заключенных по маршруту Смоленск – Катынь, свидетельствующий о расстрелах советских граждан, узников Смоленской тюрьмы, своевременно не эвакуированных, в июле 1941, когда фронт максимально приблизился к Смоленску [18]. Как известно, до 14 июля город был еще свободен. В «Официальных материалах о массовых убийствах в Катыни» также есть свидетельские показания о том, что до войны заключенных советских граждан доставляли грузовиками в Катынский лес, откуда они уже не возвращались [19].
Надо также отметить, что существуют и устные свидетельства смолян о расстрелах советских людей в Катынском лесу в 1930-е годы.
Таким образом, можно предположить, что в Катынский лес – это не только место захоронений расстрелянных в Смоленске советских граждан, но и место расстрела.
Еще одна гипотеза была выдвинута польскими специалистами. Они предположили, что существовал план НКВД по «обустройству» этого места. Такое заключение было сделано по локализации отдельных скоплений советских ям смерти вдоль двух грунтовых дорог и свободной площадки – возможно места расстрела или подъезда машин. Поляки отметили определенную упорядоченность и регулярность расстояний между могилами. Кроме того, немаловажной деталью является и то, что для польских и российских захоронений были заранее определены места, так как они ни разу не были совмещены. При огромном нагромождении советских ям смерти, не отмечено смещение или наложение на польскую яму смерти №8 или наложение советских могил друг на друга. В открытых могилах не было найдено следов других могил. Польская яма смерти №8 на данной территории является самой большой и размещена на свободном пространстве [20].
В связи с этим польскими специалистами Домиником Абламовичем и Мирославом Пештаком были сделаны следующие выводы: «Катынский лес многократно использовался в качестве места казни.….Захоронение убитых (как граждан бывшего СССР, так польских офицеров) имело характер целенаправленной, хорошо спланированной акции, а ее проведением занимались люди, хорошо ориентировавшиеся в топографии местности, имевшие представление о границах и локализации ранее сделанных ям, и не исключено, что они пользовались подробными планами» [21].
Можно также предположить, что существовали (существуют?) документы, регламентирующие сокрытие останков так называемых «врагов народа». Открытые ныне документы, такие как печально известный Оперативный приказ Народного комиссара Внутренних Дел Союза ССР № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов» от 30 июля 1937 года, устанавливавший лимиты расстрелов по областям и краям СССР, несомненно, должен был повлечь за собой соответствующие инструкции [22]. Кроме того, расстрельные акты по Западной области, с 1929 года, обычно заканчивались предложениями: «Трупы зарыты в землю на установленную законом глубину», либо «трупы зарыты на установленную глубину» [23].
Наличие дач сотрудников ОГПУ-НКВД в местах массовых расстрелов, как в селе Медном Тверской области, под Харьковом, в районе «Пятихаток», в совхозе «Коммунарка» под Москвой, в д. Селифоново под Ярославлем служит явным прикрытием для проведения тайных захоронений. Как известно, территории таких дач были обнесены высокой и глухой оградой и тщательно охранялись, проникновение посторонних лиц категорически исключалось.
Сохранились фотографии этих дач и в урочище «Козьи горы». В Сообщении Специальной Комиссии (т.н. комиссия Бурденко) по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашисткими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров также подтверждается факт наличия дачи – дома отдыха Смоленского Управления НКВД в Катынском лесу. В разделе «Катынский лес» этого сообщения говорится, что указанное строение находилось «на расстоянии 700 мтр. от обнаруженных могил польских военнопленных» [24]. Далее в документе утверждалось, что перед отступлением из Смоленска немцы сожгли дачу до тла [25].
Описание дачи мы встречаем в сборнике «Катынь Свидетельства. Воспоминания. Публицистика», изданном в Москве в 2001: «Он расположен меньше чем в километре от места казни в прелестном уголке на холме. У подножия холма вьется среди зелени Днепр. На реку выходит веранда, и к Днепру спускаются ступеньки. Вид отсюда прекрасный…» [26].
Но письменные запросы Мемориала «Катынь» в Центральный оперативный архив ФСБ и Управление ФСБ РФ по Смоленской области, а также в Государственный архив Смоленской области относительно передачи этого участка в управление ОГПУ-НКВД не дали положительных результатов.
И все-таки смеем говорить о том, что Катынский лес – типичное место массовых захоронений советских граждан в годы сталинского террора. Что характерно для такого места? Во-первых, удаленность от населенного пункта, где содержались жертвы, не более 20 километров. Во–вторых, это лесные участки, чаще сосновые, преимущественно с песчаными почвами. И как было сказано выше, еще одно условие: наличие на подобных участках дач ОГПУ-НКВД. Таким образом, налицо существование определенных установок по созданию таких зон в стране. «Знай весь мир, что таких зон НКВД по России – неисчислимое множество. В них лежат русские, поляки, латыши, литовцы, эстонцы…» [27], – писал редактор «Нового пути» Долгоненков [28] еще в 1943 году.
И еще одно предположение польских экспертов. Носильные вещи и обувь, обнаруженные в могилах свидетельствуют, что захоронения производились не только в теплое время, но и как отмечают поляки «возможно, указывает на то, что убитых хоронили поздней осенью – ранней весной» [29]. К 70-летию Большого террора в СССР, на Мемориале «Катынь» ежедневно вывешивались списки расстрелянных жителей Смоленской области. В январе 1938 количество жертв по области разово достигало 150-180 человек: расстрелы в годы «Большого террора» на территории области не прекращались и зимой.
С 05.09.1995 по 30. 10. 1995 рабочей группой Комитета по делам молодежи Администрации Смоленской области проводились зондажно-топографические работы по обнаружению мест захоронений советских граждан. Группой в количестве 20 человек была выборочно обследована территория Катынского леса общей площадью 48 га.
На основании Отчета рабочей группы Комитета по делам молодежи Администрации Смоленской области был составлен документ «Итоги начального этапа работ, связанных с захоронениями советских и польских граждан-жертв войны и репрессий в урочище «Козьи горы» Катынского леса», предназначавшийся для Координационного комитета по осуществлению мероприятий, связанных с перезахоронением и увековечением памяти жертв тоталитарных репрессий в Катыни (Смоленская область) и Медном (Тверская область).
Приведем дословно отрывок из документа: «Проведено 10456 зондажных исследований. Обнаружено и обследовано 277 захоронений. Из них: а) одиночных –35 (площадь залегания останков: 1х 0,5; 1х1; 1х2); б) групповых – 242 (площадь залегания останков: 2х2; 2х3;2х4;3х3;3х4; г) глубина залегания останков от 1 метра до 2,5 метра.
Среди останков обнаружены: кости скелета человека, кожа сапог; кожа верхней одежды, сукно шинели, резина сапог (калош), оправа и стекла очков и т.д.» [30]. Документ подписан Первым заместителем Главы администрации Смоленской области Анисимовым Владимиром Ивановичем. На прилагаемой к документу карте хорошо просматривается скопление около 200 ям смерти на участке леса, который занимает только одну треть так называемой «Долины смерти», площадь которой составляет примерно3,5 га. Две трети территории остались не исследованными даже первоначально.
В 1998 году смоленский трест инженерно-строительных изысканий провел зондажные работы по выявлению внешнего контура массового захоронения репрессированных советских граждан. Как следует из пояснительной записки, зондажное обследование проводилось на территории, находящейся в 150 метрах к югу от польского кладбища. Оконтуривание захоронения произведено на основании визуального обследования поднимаемого из скважин грунта. Всего пробурено ручным буркомплектом диаметром 89 мм 164 скважины глубиной 1,5-2,7 метра [31]. Таким образом, на карту легли контурные границы «Долины смерти».
Зондажно-топографические работы по выявлению захоронений советских граждан на территории 1 очереди Мемориала, т.е. на российской части будущего комплекса, производились с 16 по 24 ноября 1998 года. Было пробурено 500 скважин, в результате чего на карту было нанесено 8 мест захоронений [32]. Девятое захоронение было обнаружено во время строительных работ и обустроено вместе с нанесенными на карту могилами. Надо подчеркнуть, что это первые обустроенные могилы на территории Смоленской области жертв политических репрессий. Во время проведения этих работ на карту также было нанесено еще 20 предполагаемых захоронений: в 20 местах грунт был нарушенной структуры, перелопачен, но без обнаружения вещественных доказательств [33].
Необходимо сказать о том, что тотальных зондажных исследований на территории, отошедшей Мемориалу, как на территории первой очереди, так и на территории предполагаемой второй очереди не производилось. Зондажные работы шли только в тех местах, где предполагались строить какие-то объекты, такие, как Аллея Памяти, водозаборный узел. Возле ныне существующей Аллеи Памяти в пяти местах также были обнаружены места с характерными признаками нарушения почвы [34], поэтому московские архитекторы мастерской М.Д. Хазанова запроектировали над российской частью мостки, призванные оберегать покой останков наших земляков. Последствия выборочных зондажных работ вскоре дали о себе знать: в марте 2000 года при строительстве водозаборного узла было обнаружено неизвестное захоронение. Из письма дирекции Мемориала от 19.06.2000.
Начальнику отдела старшему советнику юстиции Прокуратуры Смоленской области Лосеву В.В. узнаем следующее:
«Отрывая траншею под ввод водопровода в насосную станцию, ковшом экскаватора были извлечены несколько костей, в том числе одна с остатком сапога.
Работы были остановлены, затем кости здесь же захоронены…, дальнейшие земляные работы прекращены, а трубу водопровода проложили выше с дополнительным уточнением.
Место нахождения костей было зафиксировано… Оно находится в 400 метрах к югу от захоронений польских офицеров, в зоне, считающейся свободной от массовых захоронений. Поисковыми отрядами это место отмечено наличием захоронения, но, проведенными в конце 1999 года зондажными работами на участке водозабора, оно не было обнаружено. Это указывает на то, что это единичное или небольшое захоронение, а состояние остатков кожи сапога и костей позволяет предположить, что оно очень давнее».
До сих пор осталось не выясненным, чье это захоронение: российское или польское?
Таким образом, можно сделать вывод о необходимости продолжения исследовательских работ как на территории, отошедшей к Мемориалу, так и на всей территории Катынского леса. И первое, что требуется – это выявление всех могил, установление датировки захоронений, количества захоронений и количества погребенных людей, точное выяснение вопроса: граждане какой страны покоятся в каждой конкретной могиле.
Памятный знак жертвам сталинских репрессий, о котором мы говорили ранее, был перенесен в «Долину смерти». Чтобы «Долина смерти» хотя бы первоначально стала мемориальным объектом, чтобы люди, случайно или специально попавшие в этот лес, знали, где они находятся, в 2009 году было принято решение заменить надпись на камне для конкретного обозначения места массовых захоронений советских граждан. Теперь надпись гласит: «Эта часть территории бывших дач НКВД по Смоленской области в 1930-1940-e годы стала местом тайных захоронений многих тысяч советских граждан-жертв политического произвола сталинского государства. Вечная память безвинно погибшим». 28 июля в 9-ую годовщину открытия Мемориала «Катынь» состоялось освящение камня, а вместе с ним и «Долины смерти».
Но любой мемориальный памятник приобретает не только научное подтверждение, историческую значимость, но и моральную ценность в случае установления всех имен захороненных. Именно здесь любой пришедший к памятной доске, стеле, надгробному камню может воочию увидеть имя человека, который действительно прошел свой путь в тот или иной период истории и нес крест, который уготовила ему жизнь. Потомки же могут прикоснуться рукой к буквам имени, ощутить духовную связь поколений и поклониться памяти конкретного человека.
В 1998 членами Координационного комитета по осуществлению мероприятий, связанных с перезахоронением и увековечением памяти жертв тоталитарных репрессий в Катыни (Смоленская область) и Медное (Тверская область), а также Министром культуры РФ Н.Л. Дементьевой неоднократно поднимался вопрос о советских гражданах, захороненных в Катынском лесу.
В 1998 году Федеральная служба безопасности Российской Федерации со ссылкой на работу Управления ФСБ по Смоленской области при участии Центрального архива ФСБ России на письменный запрос Министерства культуры дало такой ответ: «Сведения биографического характера на 7860 человек, расстрелянных в Смоленске, из числа которых данные на 2997 российских граждан, предположительно захороненных в урочище «Козьи горы» (Катынский лес), находятся в Администрации Смоленской области» [35]. По нашему мнению, цифра, указанная в письме, не окончательная. Для такого предположения существует несколько причин:
В-первых, в разных источниках опубликованы разные данные о количестве захороненных в Катынском лесу.
В Послании Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина Президенту Республики Польша Л. Валенсе в связи с 55-й годовщиной катынской трагедии от 22 мая 1995 говорится: «В одном катынском лесу помимо останков польских офицеров захоронено, по неполным данным, около девяти тысяч жертв политических репрессий, людей разных национальностей».
В Пресс-релизе «Итоги оперативной деятельности Управления ФСБ РФ по Смоленской области за 1994 год. Работа по реабилитации жертв незаконных политических репрессий» от 20 апреля 1995 из второго раздела следует, что сотрудниками Полномочного представительства ОГПУ и Управления НКВД в 1928-1938 в Смоленске было расстреляно– 7931 человек
Из письма главы Администрации Смоленской области А. Глушенкова Секретарю Совета Безопасности Рыбкину от 23.06.1997 за № 1/528 мы узнаем: «..В Катынском лесу наряду с поляками …захоронены свыше 6 тысяч жертв сталинских репрессий».
Данные Книги памяти жертв политических репрессий Смоленский мартиролог Т.1 Кн.1,2,3, Т.7. о содержавшихся в тюрьме г. Смоленска советских гражданах и расстрелянных в период с 1917 по 1953: 3233 человек.
Во-вторых, мы взяли 2 расстрельных акта, хранящихся в архиве УФСБ по Смоленской области: от 20 июня 1930 года – высшая мера наказания была применена к 4 гражданам и 1 марта 1931 г. расстреляны 9 человек [36]. В обоих случаях 2 человека не проходят по «Списку советских граждан, содержавшихся в тюрьме города Смоленска и расстрелянных в годы необоснованных репрессий», предположительно захороненных в урочище «Козьи горы» (Катынский лес). Мы допускаем, что, возможно, эти списки неполные, либо следует считать, что Катынский лес стал использоваться в более поздние сроки и в основном для захоронений жертв «Большого террора». Не исключено, что и в последующие годы здесь тайно хоронили жертв государственного произвола и насилия. Тем более, что те 48 га, исследовавшиеся рабочей группой Комитета по делам молодежи Администрации Смоленской области – это совокупность отдельных участков, а не монолитная площадь. Также напомним о 100 гектарах Катынского леса, которые в 1991 году были отведены под охранную зону.
И хотя количество расстрелянных людей в «Списке советских граждан, содержавшихся в тюрьмах города Смоленска и расстрелянных в годы необоснованных репрессий» и предположительно захороненных в урочище «Козьи горы» (Катынский лес) вызывает у нас сомнения, мы взяли на себя смелость обнародовать эти списки 28 июля 2010 года, тем более, что за них поручилась ФСБ России. Тем более, что все попытки найти какие-либо другие сведение о советских гражданах, захороненных в Катыни, как и добиться от государства финансирования исследования «Долины смерти», не говоря уже обо всем Катынском лесе, не дали никаких результатов. После выхода Книги памяти жертв политических репрессий Смоленской области, которая составлялась по архивным данным ФСБ, нам удалось сравнить списки, попавшие к нам с официально изданным мартирологом, а именно с теми томами, которые в народе прозвали «расстрельными». После того как списки были выверены с томом 1, книгами 1, 2 и 7 томом (уточненным), количество жертв составило 2988 человек, так как некоторые из фамилий повторялись. В списках из архива №43 УФСБ по Смоленской области, кроме ФИО, указывалась дата рождения и место рождения. Учитывая проживание большого числа нацменьшинств на территории области в 1920-е-1930-е годы, мы посчитали долгом внести в эти списки национальность человека, а также вид его деятельности и дату расстрела.
Был сделан предварительный анализ «Списка советских граждан, содержавшихся в тюрьмах города Смоленска и расстрелянных в годы необоснованных репрессий» и предположительно захороненных в урочище «Козьи горы» (Катынский лес.)
Если верить списку, крайние даты расстрелов 1918-1944 год. Гибель абсолютного большинства относится к массовым репрессиям «Большого террора»-1235 человек в 1937, 1666 – в 1938. Всего 2901 человек. 87 человек приходится на все остальные годы. Список содержит 23 национальности. Абсолютное большинство составляют русские – 1792 человека, латыши – 378 человек, поляки –334 чел., белорусы – 212 чел., евреи – 83 чел., литовцы – 63 чел., украинцы – 45 чел, немцы – 30 чел, остальные национальности не достигают первого десятка. Надо заметить, что женщин в этом списке 160 человек.
Миссия Мемориалов, подобных Мемориалу «Катынь» ‒ сохранение памяти о трагических событиях отечественной истории, увековечение памяти людей, пострадавших от политического произвола государства. Увековечение памяти невозможно без возвращения погибшему имени, без установления обстоятельств и даты его гибели, места его захоронения. И каждый, кто еще до сих пор лежит в ямах смерти, должен иметь право на достойное погребение. Каждый имеет право на память.

Примечания:
1. Решением ВЦИК СССР с 1 октября 1929 г. была образована Западная область с центром в Смоленске. В состав области вошли территории Смоленской, Брянской, Калужской губерний, часть территории Тверской и Московской губерний и Великолукский округ Ленинградской области. Смоленская область. Энциклопедия. Т.2. Смоленск. 2003. С 161.
2. Архив УФСБ по Смоленской области. Д. № 712.
3. ГА РФ. Ф.Р-7021. Оп. 114. Д. 22. Л. 23.
4. KATYŃ W ŚWIETLE BADAŃ TERENOWYCH 1994‒1995. Praca zbiorowa pod redakcją Mariana Głoska. – Dom wydawniczy Duet., 2004. S. 237 (Катынь в свете территориальных исследований 1994-1995. Сборник под ред. Мариана Глосека. C. 237).
5. ГА РФ. Ф.Р-7021. Оп.114. Д.22.
6. ГА РФ. Ф.Р-7021. Оп.114. Д.22. Л.12.
7. ГА РФ. Ф.Р-7021. ОП.114. Д. 22. Л. 80-81.
8. Катынь. Свидетельства, воспоминания, публицистика. Москва. 2001. С. 99.
9. Катынь. 1940-2000. Документы. М. 2001; Sprawozdanie poufne polskiego czerwonego krzyza. Raport z Katynia. Warszawa. 1995.
10. С. Яжборовская, А.Ю. Яблоков, В.С. Парсаданова. «Катынский синдром в советско-польских отношениях, М., РОССПЭН, 2001. С. 154.
11. Новый путь (Смоленск), 1943 г. 18 апреля.
12. «Официальные материалы о массовых убийствах в Катыни».
13. KATYŃ W ŚWIETLE BADAŃ TERENOWYCH 1994-1995. Praca zbiorowa pod redakcją Mariana Głoska. – Dom wydawniczy Duet., 2004. S. 257 (Катынь в свете территориальных исследований 1994-1995. Сборник под ред. Мариана Глосека. С. 257).
14. Там же. С. 233.
15. Там же. С. 241.
16. Там же. С. 237.
17. ам же. С. 236.
18. Катынь Март 1940 г. – сентябрь 2000 г. Расстрел. Судьбы живых. Эхо Катыни. Документы. Москва. 2001. С. 348–349.
19. «Официальные материалы о массовых убийствах в Катыни».
20. KATYŃ W ŚWIETLE BADAŃ TERENOWYCH 1994–1995. Praca zbiorowa pod redakcją Mariana Głoska. – Dom wydawniczy Duet., 2004. S. 231–258 (Катынь в свете территориальных исследований 1994-1995. Сборник под ред. Мариана Глосека. С. 231– 258).
21. Там же.
22. Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Документы и материалы в 5 томах 1927-1939, Т.5 1937-1938 книга 1. 1937. С. 330–337.
23. Архив УФСБ по Смоленской области. Д. №712. С.38.
24. ГА РФ. Ф. 7021.Оп. 114. Д. 8. Л. 319.
25. ГА РФ Ф. 7021.Оп. 114. Д. 8. Л. 337.
26. Катынь. Свидетельства, воспоминания, публицистика. Москва.2001.С 99.
27. Новый путь (Смоленск), 1943 г. 18 апреля.
28. Смоленская область. Энциклопедия. Т.1. Смоленск. 2001. С.76.
29. KATYŃ W ŚWIETLE BADAŃ TERENOWYCH 1994-1995. Praca zbiorowa pod redakcją Mariana Głoska. – Dom wydawniczy Duet., 2004. S. 231-258 (Катынь в свете территориальных исследований 1994-1995. Сборник под ред. Мариана Глосека. С. 231–258).
30. Копия документа и все акты о проведении зондажно- топографических работ и обследовании захоронений в районе «Козьи горы», Катынь, Смоленский район, проведенные рабочей группой Комитета по делам молодежи осенью 1995 г. хранятся в архиве Мемориала «Катынь».
31. МС РФ Госстрой Р.Ф. Смоленский трест инженерно-строительных изысканий. Договор № 9467/2. кз. №3 отчет о выполненных комплексных изысканиях под строительство Государственного мемориального комплекса «Катынь» в Катынском лесу, Смоленской области (зондажные работы по выявлению внешнего контура массового захоронения репрессированных советских граждан) г. Смоленск 1998 г.
32. МС РФ Госстрой Р.Ф. Смоленский трест инженерно-строительных изысканий ГУП «Смоленск-ТИСИз» Договор № 9467/1. Экз. №3 Отчет о зондажно-топографических работах по поиску мест захоронения в Катынском лесу Смоленского района.
33. МС РФ Смоленский трест инженерно-строительных изысканий ГУП «Смоленск-ТИСИз» Технический отчет № 9476/1 «О выполненных зондажных работах на участке «Аллеи Памяти» ГМК «Катынь» в Катынском лесу Смоленской области», 1999 г.
34. Там же.
35. Катынь. Март 1940 г. – сентябрь 2000 г. Расстрел. Судьбы живых. Эхо Катыни. Документы. С. 582.
36. Архив УФСБ по Смоленской области. Д. № 713.

Ссылка: К вопросу о мемориализации останков советских граждан - жертв репрессий - на территории Мемориала «Катынь» - Когита!ру

Комментариев нет:

Отправить комментарий