пятница, 4 марта 2011 г.

Человек-загадка Юрий Кондратюк


3.03.2011, 19:03

Фото: РИА Новости

Его настоящая фамилия – другая. Его предок упомянут Пушкиным в поэме "Полтава". Его здания строились без гвоздей, а идеи достались человечеству лишь потому, что он сам оплатил их опубликование. По его "чертежам" американцы слетали на Луну
Настоящее имя этого человека – Александр Игнатьевич Шаргей. Один из пионеров советской ракетной техники, механик-самоучка, гениальный провидец в теории космических полетов.
Его биография содержит множество "белых пятен". Половину своей жизни он прожил под чужим именем, до этой поры неизвестно, где и как он окончил свои дни.
Родился Александр в Полтаве 21 июня 1897 года. Его мать, Людмила Львовна Шлиппенбах, происходила из дворянского рода, которого был шведский генерал Вольмар Антон фон Шлиппенбах. В годы Северной войны он попал в плен под Полтавой ("…Сдается пылкий Шлиппенбах", Пушкин, "Полтава"). Затем поступил на русскую службу, в чине генерал-лейтенанта вышел в отставку, получил поместье в Курляндии и баронский титул.
Воспитывали будущего учёного бабушка с дедушкой. И тому была своя историко-драматическая причина. Мать, Людмила Львовна, будучи беременной, приняла в 1897 году участие в демонстрации протеста, поводом для которой послужило самосожжение народоволки Марии Ветровой в Петропавловской крепости. Часть демонстрантов, в том числе Людмила Львовна, были арестованы.
После этого, в связи с условиями заключения или наследственностью, разум женщины помутился. После рождения сына она умерла. В том же году умер её муж, Игнатий Шаргей. Он был "вечным студентом": учился в Киевском и Санкт-Петербургском университетах, в Дармштадтской высшей школе технических наук. Был одарённым человеком, но в жизни не преуспел.  
Будучи учеником Второй полтавской мужской гимназии, Александр Шаргей увидел в книге слово "космос": оно перевернуло его внутренний мир. В 1916 году юный выпускник гимназии взялся за разработку теории космических полетов. Свою первую рукопись он закончил уже прапорщиком Петроградского военного училища.
В марте 1917-го (то есть в дни февральской революции) Шаргея направили на Закавказский фронт. Когда Первая мировая война закончилась, Шаргея, возвращавшегося домой, мобилизовали в Добровольческую армию, из которой он сбежал к родственникам в Киев. Там Александра вновь мобилизовали в белую армию. Понимая, что белого офицера приближающиеся к городу комиссары, скорее всего, не пощадят, родные добыли ему документы на чужое имя. Так Александр Шаргей стал Юрием Кондратюком.
Под этим именем он прожил вторую и главную половину своей жизни. Мечта о космосе не оставляла его. Работая кочегаром на сахарном заводе, грузчиком, подсобным рабочим, он до 1925 года написал две книги. В первой – "Тем, кто будет читать, чтобы строить", он вывел собственное уравнение реактивного движения и представил схему и описание 4–ступенчатой космической ракеты на кислородно–водородном топливе (американцы воплотили эту идею в середине 1960–х годов).
Во второй, "Завоевание межпланетных пространств", более углубленно проанализировал ранее затронутые проблемы, поднял конкретные вопросы развития космической техники: снабжения спутников Земли, использования в качестве ракетного топлива металлов с высокой теплотой сгорания и бороводородов, теплоизоляции космического корабля при движении в атмосфере, детально описал устройство отдельных частей межпланетного корабля, органов его стабилизации и управления движением.
В 1927 году Кондратюка позвали работать в Новосибирск на предприятие "Хлебопродукт". Там он строил и совершенствовал элеваторы. В Главнауку, орган координации научных исследований теоретического профиля, он послал рукопись своего труда "Завоевание межпланетных пространств". Несмотря на восторженный отзыв известного аэродинамика профессора Ветчинкина, последовал официальный отказ. Кондратюк, сидя на хлебе и воде, в 1929 году издал свой труд на сэкономленные деньги – 2000 экземпляров.
Он писал популяризатору идеи межпланетных путешествий профессору Рынину: "Для дальнейшей плодотворной разработки космической темы необходим эксперимент (чисто теоретических методов недостаточно!); время и деньги для них я рассчитываю добыть изобретениями по роду моей теперешней работы в области элеваторной механики. Первые успехи уже достигнуты...". Однако его труд был прерван арестом.
В 1930 году Юрий Кондратюк, недавно назначенный заместителем главного инженера предприятия "Хлебопродукт", с несколькими сотрудниками был арестован по обвинению во вредительстве. Одним из пунктов обвинения было то, что он строил элеватор в городе Камень не только без чертежей, но и без гвоздей. Кондратюка обвинили во вредительстве: мол, его строение не выдержит 10 000 тонн зерна и развалится (элеватор Кондратюка простоял 60 лет и погиб лишь в середине 1990-х годов – от пожара).
В 1931 году коллегия ОГПУ отправила Кондратюка на 3 года в концлагерь на основании статьи 58–7 УПК РСФСР. В 1932-м пребывание в лагере Кондратюку заменили работой в образованном в Новосибирске специализированном бюро для заключённых инженеров по проектированию угольных предприятий. В 1933 году по личному ходатайству наркома тяжелой промышленности Серго Орджоникидзе, которому доложили о выдающемся изобретателе, Кондратюка досрочно освободили.
В мае 1933 года Орджоникидзе направил Кондратюка в Харьков, в Институт промышленной энергетики, где изобретатель приступил к разработке проекта крупнейшей ветроэлектростанции, намеченной к строительству в Крыму. В 1937-м его даже представили на соискание степени доктора наук. Инициативу в этом проявили профессор Ветчинкин и другие видные советские ученые.
Однако трест "Теплоэнергострой" нанес изобретателю жестокий удар, предоставив характеристику, в которой, среди прочего, было сказано: "Политическое лицо соискателя не выявлено, в общественной жизни треста участия совершенно не принимает". Усилия корифеев науки не увенчались успехом.
В 1938 году было принято решение о прекращении проектирования и строительства мощных ветроэлектростанций. До начала войны Кондратюк жил и работал в Москве – проектировал малые опытные ветровые электростанции.
Летом 1941-го Юрий Кондратюк ушёл на фронт в составе московского ополчения. Он был определен в роту связи 2–го стрелкового полка Дивизии народного ополчения Киевского района Москвы. Некоторые его сослуживцы считают, что он погиб в боях с гитлеровцами 3 октября 1941 года. Однако позже были обнаружены раздаточные ведомости на получение денежного довольствия с ноября 1941 года по январь 1942 года. Подпись Кондратюка на них и его автограф, хранящийся в архиве Академии наук, идентичны. Таким образом, можно утверждать, что в январе 1942 года ученый был ещё жив.
Относительно дальнейшей судьбы Кондратюка-Шаргея имеются разные версии, в которых домыслов гораздо больше, чем фактов. По одной, Кондратюк не погиб, а попал в плен и оказался в ракетной лаборатории Вернера фон Брауна. Высказывалось даже фантастическое предположение, что Кондратюк и фон Браун – одно лицо..!
В 1961 году в США была принята программа "Аполлон", целью которой являлось осуществление первой пилотируемой высадки на Луну. В этой программе использовались космический корабль "Аполлон" и серия ракет-носителей. Некоторые исследователи утверждают, что разработчики "списали" программу из книги Юрия Кондратюка "Завоевание межпланетных пространств". Их уверенность основана на том, что в основных чертах идеи Кондратюка совпадают с изложенным в подготовленной программе "Аполлон".
Как сказал один из ведущих инженеров проекта "Аполлон": "Когда дождливым июльским утром 1969 года я стоял на мысе Канаверал, провожая корабль "Аполлон", призванный доставить астронавтов к Луне и обеспечить выход первого землянина на лунную поверхность, я думал об одном-единственном человеке. Это русский, Юрий Кондратюк, личность уникальная, выдающаяся, без которой человечество, даже освоив космические аппараты, ещё очень долго топталась бы на околоземных орбитах. Он заслуживает самой благодарной памяти потомков".

Комментариев нет:

Отправить комментарий